11
0
Я мигом поднял табуретку и с шумом продел ножку в дверную ручку так, чтобы открыть дверь, находясь внутри стало невозможно. За дверью снова повисла тишина.
— Что ты делаешь⁈ — воскликнула мама, протянула руку, щёлкнула выключателем, и из прихожей на площадку полился яркий свет. — Ты можешь мне объяснить, что происходит?
— Воришку поймал, — довольно усмехнулся я.
— Надеюсь, не Семёна Евграфовича?
— Нет, он в отъезде, завтра вернётся.
— Откуда ты знаешь?
— Он сам сказал. Вот этому воришке. Он несколько раз пытался проникнуть, но я каждый раз его спугивал. Случайно.
— А кто это?
— Дядя Лёня, — улыбнулся я.
— Серёжа! — покачала мама головой. — Что ты несёшь? Дядя Лёня инвалид и пенсионер.
— Ну вот, может теперь рассчитывать на курортно-санаторное лечение за казённый счёт, — усмехнулся я. — День для учёных, ночь для воров.
— А это что значит?
— А ты не видела у него шрам на пальце в виде крестика? — спросил я. — Скорее всего, там был перстень с трефовой мастью."
"— Серёжа! Ты меня пугаешь, честное слово. Ещё бы я шрамы на пальцах дяди Лёни рассматривала. Что с тобой? Ты, наверное, переутомился с этими уроками. С трефовой мастью…
Она покачала головой и горестно посмотрела на меня.
— Ты «Ментовские войны» наверное… — сказала мама, но в этот самый момент табуретка задёргалась.
Кто-то пытался открыть дверь изнутри.
— Соседи! — донеслось из щёлочки. — Это не воры, не воры… это я, Леонид… Откройте, я объясню, объясню… Выпустите, меня, выпустите… Это же я…
Мама стояла с открытым ртом и хлопала глазами.
— Вы подождите там, дядя Лёня, — ответил я. — Сейчас полиция приедет и разберётся. Не волнуйтесь. Они быстро.
— Не надо полицию… полицию. Они же не поверят!
— Поверят, — успокоил его я.
— Да вы поймите, поймите, — жалобным голосом канючил он. — Я смотрю, смотрю, открыто. Свет опять, опять вырубили… А дверь, дверь открыта…
— И куда же вы шли ночью?
— Да я в «Клеопатру», в «Клеопатру»… Уснуть не мог, не мог. Думаю, пойду куплю себе, выпью и усну.
— Хорошее у вас зрение, дядя Лёня, — усмехнулся я. — В полной темноте дверь незакрытую разглядели.
— А это ты же баловался со светом, со светом, — попробовал поменять тактику сосед. — И Настя, Настя. Я вас запомнил.
— Когда, Серёжа? — укоризненно глянула на меня мама.
— Когда? — усмехнулся я — А это пусть полиция выясняет. Сейчас приедет и послушает все самые интересные истории дяди Лёни. Хотя, если они проверят картотеку, то, может быть, и слушать не станут, сразу баранки на руки накинут и — по этапу. Ты, дядя Лёня, когда в последний раз на курорте-то был?
— Открой, щенок! — прорычал он и дёрнул дверь со всей силы.
Я поправил табуретку.
— Хрен ты вырвешься. Прыгай из окна на асфальт, если не хочешь в «воронке» промчаться по ночному городу. Не выпущу.
