9
0На нём появились маленькие цветные квадратики и кружочки… Прикольно…
Ладно, потом разберёмся. В другом кармане оказались ключи и свёрнутая банкнота. Пятьсот тысяч что ли? Я развернул. Да, она была похожа на пол-лимона, только нулей было всего два. Это как понимать-то? Бред какой-то. Билет, бляха, банка России. И вроде эта бумажка проще выглядела, но, одновременно, как-то солиднее… Хрень какая-то…
Я вздохнул. Пятьсот штук было бы, конечно, лучше, чем эта фальшивка… Ладно… Ключи выглядели совершенно обычными и, по большому счёту, бесполезными. Других трофеев я не обнаружил и снова подошёл к зеркалу.
— Ну что? — спросил я у своего отражения. — Что делать-то? Домой шагать? Типа, здравствуй, Катя, это я, Серёжа?
При мысли о Катюхе, из темноты сознания появился Никита. Его вчерашнее посещение засело в голове занозой. Гостинцы, вид Кати, колготки — всё вот это… Папку она ему отдала или он сам нашёл? Знал меня и понимал, где я могу спрятать, вот и нашёл. Я его тоже знал. Как облупленного. Мы же с ним…
А вот я сейчас прямиком к нему и двину! Точняк! В таком виде он меня не узнает, сто пудов. Губы расплылись в усмешке. Надо сначала зайти домой за стволом. Катюха на работе, ключей нет. Соседи на балкон левого пацанёнка не пустят. Бляха… Ладно, значит залезу по трубе. Я вон теперь какой лёгкий. И в форточку просочусь без вопросов.
В туалет зашёл тощий зашуганный пацанчик, явно младше моего отражения. Он опасливо взглянул в мою сторону, но тут же успокоился, поняв, что от меня ждать неприятностей точно не стоит. Ну-ну. Вот и Никитос так пусть думает.
Я снова глянул в зеркало. Теперь на меня смотрел не ощипанный жалкий воробышек, а ощерившийся волчонок. Слабый, но отчаянный, тот, что не отступит и будет биться до конца."
"Снаружи раздались голоса и смех. В туалет вдруг влетела растрёпанная девчонка. Её втолкнули, закрыли дверь и заржали. Дураки малолетние. Она оглянулась, увидела меня с доходягой, улыбнулась. Но улыбка получилось жалкой, а в глазах ясно читался испуг.
— Придурки! — крикнула она и толкнула дверь плечом. — Откройте!
Дверь естественно не поддалась. Зазвенел звонок.
— Открывайте, я сказала! — не сдавалась девочка.
— Глотова, минет сделаешь, тогда выпущу! — раздалось из-за двери.
— И мне!
— И мне!
Парни загоготали. Уроды. Девчонка покраснела.
— Чё ты молчишь? Всё равно ведь придётся сделать! Да нас трое всего!
— Четверо!
— Ты дебил, Назаров! — крикнула она. — Идиоты!
Дверь резко открылась и на пороге появился ухмыляющийся здоровяк, а за ним несколько шакалов.
— Давай, чё ты, у тебя и фамилия подходящая.
Все опять заржали.
— Мы не скажем никому.
— Да тебе самой понравится!
Рыхлый, щербатый, коротко стриженый здоровяк-переросток, который, вероятно, и был Назаровым, шагнул к ней и начал расстёгивать ремень.
