7
0А у кого спрашивать-то? Меня на допросы не вызывали, а тетя Геля в больнице без памяти три недели лежала… Да и потом-то…
— Спроси у нее, что она знает про ту домработницу! — прошипела Надежда в тюбик.
Алена быстро и недовольно взглянула на нее — мол, что вы меня, совсем за дуру держите? Сама знаю, что спрашивать! — и спросила у Полины Самсоновны:
— А вы ничего не помните про ту домработницу? Как ее звали хотя бы? Откуда она?
— Не помню… — ответила заказчица после недолгого раздумья. — Пока дядя с тетей живы были, я приезжала к ним редко и с ней не встречалась, а потом она больше не показывалась.
— Ну, подумайте — может, хоть что-то вспомните, какую-то мелочь! Мне все пригодится!
Полина Самсоновна покачала головой:
— Ничего не помню! Сколько времени уже прошло!
Она откусила круассан и неодобрительно проговорила:
— Это они называют голубичным вареньем! Никакого вкуса! Сразу видно — импортное! Вот тетя Геля меня угощала вареньем из голубики — это же было объедение! Только она говорила не голубика, а гонобобель… вот, вспомнила! — вдруг оживилась заказчица. — Это же та самая домработница им варенье принесла, про которую вы спрашивали! Она у себя дома эту гонобо… эти ягоды собрала и сварила. Тетя Геля тогда так и сказала — Панино варенье, значит, ее Паня звали. И это она голубику называла гонобобелью. Или еще дурницей… вот те ягоды были и правда душистые, не этим чета!
— Паня? — переспросила Алена. — Что же это за имя — Паня? Никогда такого имени не слышала!
— Вот чего не знаю, того не знаю! И больше ничего вспомнить не могу, вы уж извините меня.
Алена быстро взглянула в сторону Надежды — мол, есть еще какие-то вопросы?
Надежда торопливо достала тюбик, отвинтила крышечку и вполголоса проговорила:
— Спроси ее про обезьяну!
На лице у Алены проступило сомнение, она даже закусила губу — до того ей не хотелось задавать этот вопрос.
— Спроси! — прошипела Надежда.
Тут она подняла глаза и увидела появившуюся возле своего столика официантку.
— Еще что-нибудь хотите? — спросила та.
Поскольку в руке у Надежды был тюбик помады, ей ничего не оставалось, как провести этой помадой по губам.
— Нет, спасибо! — ответила она. — Вы видите — я уже даже губы покрасила.
— Ну, как хотите! — Официантка удалилась, чему Надежда очень обрадовалась, поскольку она не хотела пропустить ни слова из разговора Алены с заказчицей.
А Алена как раз в это время с явным нежеланием задала тот самый вопрос:
— Скажите, Полина Самсоновна, вот еще что… мой вопрос может показаться вам странным, однако в доме у ваших дяди и тети не было… сувенирной обезьянки?
— Обезьянки? — Полина Самсоновна явно смутилась. — А при чем тут обезьянка?
— Скорее всего, ни при чем. — Алена быстро взглянула на Надежду Николаевну.
