Это Майклу известно если не все, то очень многое, а всех прочих, в том числе и королей с министрами, специально держат в шорах, чтобы те с перепугу не принялись делать глупости. Признаюсь честно: такая ситуация пугает меня до чертиков, но в то же время я понимаю, что оставить все по-прежнему было бы немыслимо. Еще до прихода пришельцев грозящая нам катастрофа была очевидна, и чтобы не заметить ее пришествия, следовало быть египетским страусом, сунувшим голову в песок. Единственное, что меня утешает, это Тори. Она – мой фонарь, который позволяет мне нашаривать путь впотьмах.
– Не думаю, что это хорошая идея, Берти, – покачал головой адмирал Фишер, – у Георга и русских принцесс слишком близкое родство сразу по двум линиям: кроме того, что они являются троюродными родственниками через датский королевский дом, русские принцессы еще и приходятся правнучками твоей матери через свою мать Алису Гессенскую.
"– И это верно… – вздохнул король, – об этой опасности с близкородственных браков меня тоже предупредили, причем сразу и Тори, и Майкл. В таком случае пообещай, что подберешь в жены Георгу русскую девушку с высокой степенью посвящения, невзирая на ее родство с правящей фамилией. В любом случае, пока наше семейство не выродилось до состояния сюсюкающих идиотов, с экзогамией королевских семейств нужно заканчивать. Тори писала, что наука будущего твердо установила, что для того, чтобы какое-то изолированное человеческое сообщество не подвергалось вырождению, в его составе должно быть не меньше сорока тысяч особей.









