Война за Проливы. Решающий удар

Но если «месье Поль» (то есть капитан Франсуа Робер) даже под пыткой повторяет, что получил приказ лично от начальника Второго Бюро полковника Шарля Жозефа Дюпона, то, значит, так оно и есть. К тому же не стоит забывать, что до скандального дела Дрейфуса Вторым Бюро руководил тогда еще полковник, а ныне генерал Пикар, в настоящий момент занимающий пост военного министра в кабинете Жоржа Клемансо…"

"Конечно, полковник Редль предпочел бы методы понадежнее, чем банальная пытка, путь даже электрошоком. По некоторым данным, у русских имелась так называемая «сыворотка правды», применение которой позволяло, не тронув подследственного и пальцем, получать из него саму квинтэссенцию истины.

Но ГУГБ надежно бережет этот секрет, так что всем остальным приходится действовать исключительно по старинке. Жалея о невозможности допросить с электрошоком полковника Дюпона, генерала Пикара и французского премьера Клемансо, полковник Редль завязал на тощенькой папке с надписью «Дело об убийстве императора Франца Фердинанда» ботиночные шнурки, после чего отправился на доклад к регенту (военному диктатору) Австро-Венгрии генерал-полковнику Францу Конраду фон Хётцендорфу, едва ли не ежечасно осведомлявшегося о ходе расследования.

А в кабинете у регента (читай диктатора) с самого утра творился гибрид лупанара с бедламом, объятый пожаром во время наводнения. Помимо самого генерал-полковника, вынужденного руководить страной, проигрывающей войну против превосходящего противника, там же присутствовали министр-президент (премьер-министр) Цислейтании[11] Макс Владимир фон Бек, министр иностранных дел Алоиз фон Эринталь, а также наследники покойного императора (чтобы им пусто было): младший брат Фердинанд Карл и племянник Карл Франц Иосиф.

Оба этих боковых побега на почти засохшем дереве рода Габсбургов подходили для занятия престола в воюющей стране примерно так же, как кони для хорового пения. Сорокалетний Фердинанд Карл не состоял в пристойном для престолонаследника браке и не имел детей, но был обременен туберкулезом, отчего часто терял сознание, а также запутался в длящейся с 1902 года внебрачной связи с простолюдинкой Бертой Грубер. А Карл Франц Иосиф[12] и вовсе являлся девятнадцатилетним юношей, то есть до наступления возраста двадцать один год считался несовершеннолетним, а следовательно, в течение еще двух лет нуждался в опеке регентским советом.

– Давайте говорить по существу, господа, – в самом начале встречи сказал Франц Конрад фон Хётцендорф, – война, которую Австро-Венгерской империи объявил Континентальный Альянс, наша армия уже проиграла, даже при том, что ни один германский солдат в бою еще не побывал. Сразу скажу, что у нас нет никакой возможности переломить ход боевых действий.