Война на Дунае

 – Вторая – огонь!

Клубы тёмно-серого дыма заволокли шеренги. Алексей, подбежав, встал с их правого края.

– Уходят, господин полковник! – крикнул майор. – Сбили мы им тут первый натиск. Сначала дюжина фугасов удачно сработала, а уже потом в упор ружейными залпами встретили. Сотни полторы точно их перед нами осталось, – показал он на темнеющие на поле тела.

– А коли обойдут они вас? – спросил Егоров.

– Левее уже Дунайские плавни начинаются, а там вон, правее, шагов через триста, тоже то ли озеро, то ли болотина от весеннего разлива раскинулась, – пояснял Хлебников. – Всё высокой травой там сплошь заросло. Дальше уже роты Дементьева Сергея стоят. А у нас лучшего места для прохода большой массы конницы не найти. Тем более тут раньше и мост стоял, и берег у речки пологий, сухой, как раз удобный, чтобы на него подниматься. Я в плавни и в ту болотину приданный, мне плутонг дозорных определил. Они по парам разбились и стоят, караулят. Если турки обходом попробуют к нам в тыл зайти, просигналят.

– Ну, добро, всё грамотно, Вячеслав, – согласился с пояснениями командира батальона Егоров. – Остаётся только лишь ждать остальные силы десанта.

– Уж, Уж, слышишь, нет, шум вроде какой-то? – прошептал Малой. – Как будто квашню в опарнице мамка сбивает и руками месит. Чавк, чавк! Во! Слышишь?

– Да слышу, слышу, не глухой, – ответил товарищ. – Обождём ещё немного, вот сейчас в промоине и видно всё будет.

Егерская пара, чуть раздвинув метёлки рогоза, напряжённо всматривалась в открытое перед ними место. Правее его мелькнула тень, потом ещё одна, и в прогалке, образованном небольшим озерцом, мелькнула хорошо различимая фигура всадника. Вслед за ним в просвет выступил ещё один, ещё и ещё.

– Тата-ары, – выдохнул Малой, – ну точно они – видать, тропу тут знают, – и вскинул фузею. Ударил один, сразу за ним второй ружейный выстрел, и в зарослях травы послышались резкие крики.

– Отбегай, Ванька! Я сейчас им гренаду на сухое место закину!"

"Малой выхватил трут и чугунный шар из сумки. Несколько раз ударил курок ружья об огниво, и просмолённая сухая ткань занялась. В трёх десятках шагов перед егерской засадой снова мелькнуло несколько силуэтов, и грохнула пара выстрелов. Пуля сшибла метёлку у самого плеча, и егерь, присев на корточки, поднёс трут к фитилю. Тот зашипел, задымился, и тяжёлый чугунный шар, резко отброшенный рукой, полетел к сухой прогалине.

Бам! Громыхнул разрыв, и взвизгнули осколки.

Позади егерей слышались стоны и гомон чужих голосов.

– Беги! – крикнул другу Тришин Иван. – Я заряжен! Догоню!

Он выхватил из кобур оба своих пистоля и взвёл на них курки.

Малой пробежал десяток шагов и услышал позади два пистолетных хлопка. А вот теперь и фузея ударила.