Война на Дунае

А тут даже вполовину меньше времени на учёбу выходит. Для обычных егерей оно бы, может, и успели, но ведь с наших-то, сами знаете, какой спрос. Как бы нам не опозориться перед господином полковником.

– Это да-а, – кивнул задумчиво головой капитан-поручик. – На выпускных испытаниях можно хорошо обмишуриться. Ладно, посмотрим, как там чего дальше будет, может, опять как перед Очаковым, как при давней переправе через Буг отдельной воинской единицей в поход пойдём. Вот в боевом деле и доучим ребяток.

У обнесённого высокими плетнями участка, где располагались полковые оружейная и пионерская команды, было многолюдно. Стучали молотками два здоровяка, прилаживая к лафету фальконета колесо. У пары больших котлов за пределами участка вываривалось какое-то вонючее зелье. Под ворчанье Крылова два егеря засыпали в один из котлов какой-то серый порошок и теперь старательно перемешивали густую массу.

– Ваше высокоблагородие, на посту без происшествий! – гаркнул стоящий у входа в оружейную службу часовой. – Докладывает караульный Сиротин!

– Старший оружейной команды тут ли, на месте? – спросил его полковник.

– Так точно, тута были, – кивнул тот. – Они вместе с пионерами привезённый из армейских складов порох по картузам рассыпали. Во-он в том, в дальнем отгороженном шатре работают, вашвысокоблагородие. Крикнуть его?"

"– Не надо, Сиротин, спасибо, пускай спокойно занимаются, – покачал головой Егоров. – Порох это ведь дело такое, тут особое внимание нужно, – и прошёл вовнутрь городка оружейников.

Под натянутым пологом мастерили что-то несколько егерей. Слышалось постукивание, скрип напильника и звук работы пилы по металлу. Вот и жилые палатки: пионерская, оружейников, команды отборных стрелков и небольшая Курта. Откинув входной полог, Алексей шагнул вовнутрь. Всё в палатке оставалось в том же виде, как и при хозяине. Аккуратно застеленный одеялом топчан, рядом с ним небольшой, сколоченный из досок от ящиков столик, невысокая тумбочка, прислонённая сбоку из красной кожи большая сума-чемодан. Горела подвешенная к центральному шесту масляная лампа. Напротив топчана у стены палатки сооружено что-то наподобие вешалки, с висящими на ней кафтаном, панталонами, сорочками и частями военной амуниции. Внизу в ровный рядок стояли тщательно вычищенные две пары сапог, туфли и башмаки. Во всём был порядок, даже висящие на крючках боковых палаточных шестов шляпа со шпагой, егерский ремень с кобурами и трость имели вид законченной и логически выверенной композиции. Всё как и любил друг.

– Скучаешь, не почистит он тебя больше? – словно бы живому сказал Алексей стоящему у оголовья топчана длинноствольному штуцеру и, ласково погладив, взял его в руки.