Виват Россия!

– Понимаю. Конечно, пусть приезжает. Мне, может, к нему самому зайти?

– Не-ет. Дома он лежит, недужится ему, на последней охоте в ледяную речку провалился, шибко захворал. Да вы не беспокойтесь, мы в канцелярии по вам отметочку сделаем и наверх куда надо доложимся, что вы в поместье своё заехали. Эх, время такое непростое, – проговорил он со вздохом. – Но всё ведь меняется, а доброе расположение серьёзных людей, оно ведь всё равно остаётся, не правда ли, Алексей Петрович?

– Истинная правда, Пётр Семёнович, – согласился с ним Егоров. – Думаю, нам ещё будет о чём с вами поговорить, планы у меня большие, а без вашей помощи их воплотить совсем непросто.

Так что, полагаю, надолго мы с вами не прощаемся.

«Ну да, непрост Горбунов, – думал, сидя в повозке, Алексей. – Хотя, был бы он другой, небось, не усидел бы на таком месте в весьма непростое время. Он местная власть, а над ним целая пирамида, целая иерархия выстроена из чиновников самого разного ранга, ещё и со взбалмошным государем во главе. А ведь и я для него как местный олигарх, от которого при грамотном подходе можно большие блага получать. Власть-то губернская, она далеко, а я тут на его земле, совсем рядом, и со мной лучше дружить.

Кстати, и мне с ним тоже. Нужно будет с Кузьмичом подумать, посоветоваться, чем нам в делах уездная управа может помочь. Помнится, Чуканов Захар о залежах стекольного песка, извести и тугоплавкой глины рассказывал, которые карьерным способом можно добывать. Стекло – товар очень востребованный, только-только своё широкое распространение получивший, может быть, и правда до него руки дойдут. Тугоплавкая глина и известь, хм, а почему бы и нет. Сначала для себя их использовать, а потом и на сторону строительным материалом можно будет поставлять, тем более Ока совсем рядом, а по её берегам десятки, если уже не сотни мануфактур и заводов закладываются, завози всё баржами».

Глава 12. Декалон

– Барин приехал! – суматошно закричала, завидев выходившего из саней человека, стряпуха. Бросив вёдра с коромыслом на снег, она пулей залетела на крыльцо. – Барин приехал! Барин! – донёсся её крик уже из глубины дома."

"– Лё-ёша-а! – Простоволосая, в домашних туфлях на ногах, выскочила на крыльцо Катарина и, всплеснув руками, кинулась на шею мужу.

 – Лёшенька-а! – Тот подхватил её на лету и крепко прижал к себе. – А я говорила, что ты скоро вернёшься! Я верила!

– Всё-всё, милая, всё хорошо, я дома, – приговаривал он и гладил её по голове.

– Папенька, папка! Дядя Лёша-а! – Пацаны повисли на нём со всех сторон.

– Батюшка! – ревела в голос Настя.

– Отца задушите! Отпустите! – взывали Йована с Милицей.

– Не задушат, он ещё и с вами выстоит, – подкручивая здоровой рукой ус, заметил Кулгунин. – Однако, если ещё и Аннушка повиснет, может и громыхнуться.