Низовской полк три раза от себя французов штыками у берега Адды отбрасывал, а потом сам атаковал и прорвал две неприятельские линии. Полковой квартирмейстер, с кем я беседовал, говорит, что фамилия его в общей похвальной реляции имеется, в учёте по раненым Илья не указан и самого он его на построении перед миланским смотром лично видел. Бодрый, говорит, полуроту свою распекал.
– Ну и славно. – Алексей вздохнул с облегчением. – А то душа не на месте. По штабным делам вопросов к нам не было?
– Нет, – ответил Сергей. – Карту восточного Пьемонта себе срисовал, все бумаги по убыли личного состава и по потребностям передал.
– Да, это, конечно, плохо, – признал Егоров. – Слышал о таком, тоже про это рассказали. И причина понятна, у Вены здесь в Италии свой корыстный интерес, и мы, ещё даже не добив неприятеля, уже начинаем сильно мешать Габсбургам.
– Viva la Russia! Viva i nostri liberatori![32] – раздались крики из стоявшей на обочине дороги толпы. Народ рукоплескал и кричал здравницы проезжавшим мимо русским гвардейским офицерам.
– Viva la Lombardia! Viva l'Italia![33] – крикнул, помахав рукой, Милорадович.
– Вива! Вива! – разразились криками и овациями те.
– Тихо-тихо, Живан. – Алексей, ехавший впритирку, положил ему руку на плечо. – Ты с этим осторожнее, особенно со здравницей про Италию.
– Тьфу ты, – сплюнул друг и пришпорил коня.
Глава 9. «Чтобы с головы великого князя даже волос не упал!»
– Ну давай показывай свою дурынду. – Афанасьев навис над чистившим винтовку волонтёром. – Ну давай-давай, чего ты её полируешь и так ведь уже блестит.









