Виктория – значит Победа. Серебряной горы хозяйка

— Вот, госпожа Викторьенн, извольте видеть, Шарло.

И вытолкнула вперёд себя юношу — высокого, стройного, с влажными чёрными кудрями и жгучими чёрными глазами. В свежей сорочке, чистых брюках, жилетке и в башмаках он выглядел, как приличный человек.

И если бы не знакомая верёвка на запястье, я бы не сразу признала своего недавнего пленника.

Наш пленник, даром, что обрёл совершенно иной вид, смотрел по-прежнему зверем. Я переглянулась с графом и обернулась к Берте.

— Благодарю вас, Берта, можете идти.

Та поклонилась учтиво — никаких проблем с субординацией — и ушла, и закрыла за собой дверь. Граф тотчас же вернул все защитные завесы на место, и это не укрылось от нашего пленника. Он бросил на ту дверь такой взгляд, что было ясно — мог бы, так прожёг бы или сломал.

Я взглянула на парня.

— Ну что, Шарло, поговорим?

Он хмуро глянул теперь уже на меня. Промолчал. Но мне мгновенно стало очевидно, что добрых чувств я у него не вызываю.

— Или сдать тебя страже за нападение? Есть там такой замечательный господин, королевский дознаватель Ренель, он с удовольствием с тобой поговорит. Он как раз изучает, отчего вокруг меня творятся всякие странности. То мужа моего пристрелят, а меня чуть не убьют, то убийцу в спальню подошлют, то вот тебя через забор забросят…

Я говорила всё это — негромко, внятно и зло, а пленник наш слушал, и чем дальше слушал, тем больше удивлялся, хоть и виду не показывал, только глаза расширялись.

— Отвечай, нечего молчать, — я впилась в него взглядом посуровее.

— Да если бы мне сказали, что я в это дело замешаюсь, ей-богу, близко бы к забору не подошёл, — сообщил он.

— Ну-ка, ну-ка, в какое такое дело? Говори, — и мысленно добавила, что желаю слышать от него сейчас правду и ничего, кроме правды.

— Болтали, что могучий маг укокошил Жако Гриза, — мальчишка глянул на меня и тут же опустил взгляд.

— Это не могучий маг, это я.

— Да ладно? — не удержался он. — Я думал, что это, ну, — и косится на господина графа.

Тот лишь улыбается и качает головой.

— Мой юный друг, мир намного сложнее наших представлений о нём. Я тоже удивился, когда понял, какие силы скрываются в этом хрупком и прекрасном женском теле. Однако же, когда учишься магии, то первым делом запоминаешь истину — на каждую силу найдётся другая сила, на каждого могучего мага — ещё более могучий маг, а на каждый довод в споре — другой довод, более весомый. Кто учил тебя пользоваться силой?

И посмотрел так, что — попробуй ему не ответь! Мальчишка насупился, помолчал… и заговорил.

— Нет его уже, пришили. Крючок его звали, тощий он был, жилистый и мелкий, но сильный, умный и хитрый. Он учился в монастыре, а потом служил писарем у большого человека, тот его и выучил. Правда, Крючок выучился, а потом сделал ноги, только перед тем порешил благодетеля-то своего.