Виктория – значит Победа. Серебряной горы хозяйка

Умолчав только о причине смерти Ужа — ничего, об этом мы поговорим потом, за запертыми дверями моего кабинета.

— Как только тебе удалось, — ахала Тереза. — Я бы умерла на месте, если бы меня похитили! И не смогла бы ничего сказать тамошним работникам!

— Ничего, Тереза, если вдруг жизнь прижмёт — научишься и скажешь, — пожала я плечами. — Ты же знаешь, что я всем этим тоже не с рождения занимаюсь. И как мне напомнил сейчас господин Фабиан, раньше меня было легко напугать хоть чем.

— Так и было, — закивала Тереза. — Ты ещё потом всегда плакала потихоньку. Это сейчас перестала.

— Ну так вернись с того света — перестанешь, — пожала я плечами. — Я хочу жить, и я хочу жить хорошо, раз уж имею такую возможность. Ну и чтобы все люди, за кого я отвечаю, тоже жили хорошо. Чтобы у них было жильё и была работа.

— Не хочу на тот свет, — прошептала Тереза.

— Вот и правильно, нечего там делать, — я пожала её руку, она благодарно улыбнулась. — Что-то мы о совсем грустных вещах, расскажите что-нибудь хорошее, что ли?

— Бал у господина королевского наместника состоится в следующую субботу, — тут же оживилась Тереза.

— Вот и славно, наши портные как раз нам всё к тому балу дошьют, — кивнула я. — Кстати, их кормят? Поят? Я сегодня ещё не заходила в мастерскую.

Меня тут же заверили, что господин портной и его сёстры ни в чём не нуждаются. Но я всё равно зайду.

— Сейчас вы, я думаю, зайдёте в свой кабинет, — негромко сказал господин граф, который внимательно выслушал всё, что я сообщила о нашем вчерашнем приключении. — И расскажете, о чём сейчас умолчали.

После такого недвусмысленного приглашения только и осталось, что пойти в тот кабинет и пригласить графа с собой. Шарло было тоже наладился с нами, но граф строго сказал ему, что позовёт, как только мы обсудим некие важные вопросы.

— Слушаю вас, Викторьенн, — сказал он, как только я закрыла дверь и наложила на неё запоры и заклятье от подслушивания.

— Вы так уверены в том, что мне есть, что сказать вам? — я ещё попыталась усмехнуться.

— Так ведь слышу, — пожал он плечами.

— Хорошо. Да, было одно событие, о котором я не собираюсь говорить громко, — и рассказала про Ужа.

— Вот как, значит. Испугались.

— Именно.

— Кто знает об этом?

— Всё и полностью? Его высочество. Остальным ничего не говорили.

— Остальные просто видели хладное тело, так ведь?

— Так.

— Конечно, может, с того и будет польза, перестанут нападать и выпрягаться. Но могут пойти слухи, совсем для вас ненужные. Впрочем, над слухами вы тоже некоторым образом властны, как я помню.

— Не вполне. Но новые слухи легко вытеснят старые. Нужно только запустить их в достаточном количестве.

— Возможно, но найдутся те, кто запомнил, и кто сможет рассказать.