Весь Мегрэ. Том 3

Не может простить ему, что он остался участковым инспектором, и подсознательно мстит ему на свой лад: притворяется больной, заставляет его ухаживать за ней и заниматься хозяйством. Одним словом, не дает ему житья. То, что вы пришли к ней утром, — это понятно. Но смотрите, если вы и дальше будете ей потакать, то так легко потом от нее не избавитесь!» Ну и вот, когда доктор ушел, я тут же позвонила в клинику, а ей сказала, что Лоньону значительно лучше. Конечно, я перехватила немного, но греха тут нет, ведь жалеет-то она только себя, а не мужа…

Принесли сосиски с жареной картошкой и омара под майонезом.

Мегрэ налил вина в бокалы.

— А когда ты позвонил, я ей сказала, что должна уйти на часок-другой. Она сразу надулась: «Конечно, муж требует! Все они такие!» И вдруг выпалила ни с того ни с сего: «Если овдовею — придется переезжать. Эта квартира мне будет не по средствам. А я здесь двадцать пять лет прожила!»

— Послушай, не намекала ли она на то, что у Лоньона есть другая женщина? — спросил Мегрэ."

"— Нет, сказала только, что у полицейских отвратительная работа, приходится иметь дело со всякими подонками, даже с проститутками…

— А ты не попыталась выяснить у нее, не изменился ли Лоньон за последнее время?

— Как же, спросила.

А она в ответ: «С тех пор как я вышла замуж за него, он чуть ли не каждую неделю заводит разговор о том, что вот-вот раскроет большое дело и прогремит на весь Париж. Тогда-то начальство оценит его по заслугам, и он пойдет вверх. Сначала я, как дура, верила и радовалась, но кончалось всегда тем, что дело уплывало из-под рук или успех приписывали кому-нибудь другому».

Уже давно Мегрэ не видел жену в таком возбужденном состоянии.

— Я сразу поняла по ее глазам, что она имеет в виду тебя, и еще она жаловалась, что в последнее время его посылали вне очереди на ночные дежурства.

Это верно?

— Да. Но по его же просьбе.

— Ей-то он ничего об этом не говорил. А вот с неделю назад сказал, что скоро она кое о чем узнает из газет и что теперь-то его фотография наверняка попадет на первые полосы.

— А она не пыталась расспросить его поподробней?

— По-моему, она ему просто не поверила. Постой! Вот еще что. Рассказывая об этом, он как-то добавил: «Внешность обманчива. Если бы можно было видеть сквозь стены, мы не поверили бы своим глазам».

Мне запомнилась эта фраза.

Беседу прервал хозяин ресторана. Поздоровавшись, он предложил ликер к кофе. Когда они опять остались вдвоем, мадам Мегрэ нерешительно спросила мужа:

— Пригодится это тебе?

Комиссар сидел молча, раскуривая трубку. У него вдруг мелькнула смутная догадка.

— Ну, что ты молчишь?

— Да! Как знать, может быть, это перевернет весь ход следствия.

Она бросила на него благодарный, хотя и недоверчивый взгляд. Не раз потом вспоминала она этот чудесный обед у «Маньера».