24
0
Буле наконец дозвонился, поговорил, но ушел не сразу… Свидание должно было состояться через какое-то время… Ему назначили определенный час…
Он снова выжидал у входа в кабаре, несколько раз вынимал из кармана часы и вдруг направился вниз по улице Пигаль…
Буле пообедал в восемь вечера. Согласно заключению врача, он умер спустя часа четыре или пять, то есть между полуночью и часом ночи.
«Лотос» он покинул в половине двенадцатого.
Ему оставалось жить от получаса до полутора часов.
Итак, он не имел отношения к смерти Мазотти. Те, кто остался из корсиканской банды, Буле не знали, да у них и не было ни малейшего повода убивать его.
Наконец, никто из преступной среды не обстряпал бы это дело так, как обстряпал его убийца: он задушил Буле и хранил труп двое суток, чтобы потом с риском для себя подбросить его на улицу Рондо.
Аде ни о каком свидании зятя известно не было. Мсье Резону тоже. Антонио, как он заверяет, рассказал все, что знал. И даже Микей, имевший неплохой шанс разобраться, пребывает в неведении.
Мегрэ, мрачный, уже снова сидел в своем кабинете, сжимая зубами мундштук трубки, когда в дверь постучал Люка.
Мегрэ лишь молча взглянул на него.
— Я не узнал почти ничего нового, патрон. Разве только одно — во вторник вечером и ночью Антонио не покидал свое кабаре ни на минуту…
Черт побери! Это было бы слишком просто!
— Я повидал его жену, она итальянка, ждет ребенка… Они занимают нарядную квартирку на улице Понтье…
Пустой взгляд комиссара обескураживал Люка.
"— Я же не виноват… Так вот, все их очень любят… Я поговорил с консьержкой, с поставщиками, с теми, кто живет рядом с кабаре… Потом снова зашел на улицу Виктор-Массе… Попросил у счетовода — он сидел у себя в кабинете — адреса нескольких артисток, которые выступают в заведениях Эмиля Буле… Две из них еще спали, обе в одной и той же гостинице…
У Люка было такое ощущение, будто он разговаривает со стенкой, тем более что Мегрэ время от времени поворачивался к нему спиной и смотрел на Сену…
— Еще одна живет в квартирке на улице Лепик, у нее ребенок и…
Люка растерянно замолчал, потому что комиссар казался очень раздраженным.
— Я не хочу сказать, будто то, что я узнал… Естественно, все они в какой-то степени ревниво относятся к Аде… Они считают, что рано или поздно она стала бы любовницей своего зятя, но пока ничего подобного не произошло… Из-за одного только Антонио это было бы нелегко…
— Все?
Люка сокрушенно развел руками.
