12
0
— Подождите… Сегодня четверг… Вчера была среда… Позавчера — вторник… Это было в понедельник вечером…
— В котором часу?
— Поздно вечером…
— А который был час вы не помните точно?
— Должно быть, около полуночи…
— Вы уже легли спать?
— Да.
— Одна?
— Нет! Не хочу вам лгать. Наша история в квартале всем известна, и хочу добавить, что все нас одобряют, Роже и меня… Если бы муж не противился, мы давно бы уже поженились…
— Тем самым, вы признаетесь, что у вас есть любовник?
Она ответила с гордостью, глядя комиссару в глаза:
— Да.
— Он живет в этом доме?"
"— Ну и что тут такого? Когда такой человек, как Планшон, сопротивляется и отказывается от развода, то… — И давно это длится?
— Скоро вот уже два года…
— Вашего мужа такая ситуация устраивала?
— Он уже давно мне больше не муж, если только на бумаге… Для меня он и не мужчина… Не знаю, зачем он вам понадобился… То, что он натворил где-то вне дома, меня совсем не касается… Хочу только сказать, и я вам не лгу, что он стал пьяницей и ни на что не способен… Если бы не Роже, мастерская прекратила бы свое существование…
— Позвольте мне вернуться к тому вечеру в понедельник… Вы спали в вашей комнате…
Дверь в нее была приоткрыта, и комиссар заметил на кровати оранжевую перину.
— Да…
— С этим мужчиной, которого вы называете Роже…
— Роже Пру — славный парень, который не пьет и не хнычет от жалости к себе…
Она говорила о своем любовнике с гордостью, чувствовалось, что Рене бросилась бы на любого, кто посмел бы сказать о нем что-либо дурное.
— Муж ужинал с вами?
— Нет. К тому времени он еще не вернулся…
— Такое с ним часто случалось?
— Довольно часто… Я начинаю понимать, как это бывает с пьяницами… Какое-то время они еще сохраняют чувство меры, некоторое достоинство… Затем они пьют столько, что уже не испытывают голод, и еду им заменяют несколько рюмок…
— Ваш муж дошел до такой степени?
— Да.
— И все же продолжал работать?.. Не рисковал ли он сорваться с лестницы или со строительных лесов?..
— Днем он не пил, вернее, почти не пил… Что же касается его работы!.. Если бы я рассчитывала только на него…
— Кажется, у вас есть дочь?
— Откуда вам это известно?.. Наверное, от консьержки?.
— Итак, в понедельник вы ужинали все вместе: этот Роже Пру, вы и дочь…
— Да…
— В этой комнате?
— Нет, на кухне… Не понимаю, вам-то до этого какое дело… Мы едим почти всегда на кухне… Что в этом преступного?
Сбитая с толку ходом допроса, она начала нервничать.
— Полагаю, первой отправилась спать дочь?..
— Конечно…
— Ее спальня находится на втором этаже?
Рене явно удивляла такая осведомленность комиссара.
