6
0
— Третьего свидетеля ввести?
— Через минуту… Когда я допрашивал вас в первый раз, вы отрицали даже то, что ужинали в тот вечер в «Фарамоне»… Вы подтверждаете это заявление?
— Подтверждаю…
— Где вы ужинали? Не дома, как сами признались, потому что у вас в гостях была ваша теща, с которой у вас не очень хорошие отношения…
— В какой-то закусочной на Больших бульварах…
— Вы ее узнаете?
— Возможно…
— Вы пили спиртное?
— Я никогда не пью, разве что бокал вина за обедом…
— Итак, в «Фарамоне» вы не были?
Мегрэ подал знак Торрансу, и тот ввел в кабинет мужчину лет пятидесяти, одетого во все черное.
— Присаживайтесь, месье Жанлис.
— Меня обычно зовут Робер — профессия такая.
— Вы можете сказать нам, какая именно у вас профессия?
— Я — второй метрдотель ресторана «Фарамон».
— И в качестве такового, полагаю, следите за приходом и уходом посетителей…
— Обычно именно я указываю им столики…
— Знаком ли вам кто-либо из находящихся в этом кабинете?
— Да.
И он указал на Маоссье, который слегка побледнел.
— Когда вы видели его в последний раз?
— Я видел его всего однажды — вечером в понедельник. Он пришел один, что большая редкость для наших клиентов. Он поужинал довольно быстро, и именно я проводил его до двери.
— Вы это подтверждаете, месье Маоссье?
— Я не бывал в «Фарамоне» больше десяти лет. Этот человек утверждает, что видел меня всего один раз, да еще в полном зале.
— Откуда вы знаете, что зал был полон?
— Предполагаю, учитывая репутацию ресторана…
— Отметьте, — вставил метрдотель, — что я редко встречаю таких высоких и худых клиентов…
— У вас есть вопросы, мэтр Луазо?
— Нет. Я приберегаю их для официального допроса у следователя.
— Благодарю вас, месье Жанлис. Я вас больше не задерживаю.
— У вас есть другие свидетели, комиссар?
— На сегодня мы закончили с этим делом.
Адвокат, явно с облегчением, поднялся.
— Теперь перейдем ко второму.
— А есть еще и второе? Вам недостаточно обвинить моего клиента в убийстве какого-то клошара, которого он никогда не видел?
Но Маоссье на этот раз заметно побледнел. Темные круги под глазами выступили яснее, в углах сжатых губ залегла горькая складка.
— Мы вас слушаем.
— Вы помните 16 августа 1946 года, Маоссье?
— Абсолютно нет. У меня нет никаких оснований помнить этот день. Очевидно, я работал, как и в остальные дни, потому что в то время копил деньги и не брал отпуск.
— Вы работали в фирме Лесажа и Жело…
— Совершенно верно.
Он выглядел удивленным и встревоженным.
— Вы часто водили фургончик с этими двумя фамилиями на борту кузова.
— Да, довольно часто."
"— В тот день вы должны были отвезти бидоны с краской вашим товарищам, работавшим на улице Курсель.
— Не помню.
— У меня здесь заявление, сделанное вами комиссару Пьедбёфу.
