9
0
— Но ведь вы были правой рукой Оскара Шабю?
— Я занимался клиентурой и сбытом. У нас больше пятнадцати тысяч торговых точек, рассеянных по стране. Сорок служащих здесь и около двадцати инспекторов разъезжает по провинции. Кроме того, есть отдел, ведающий Парижем и пригородами. Он размещается этажом выше. Отделы экспорта и рекламы также.
— Много ли женщин среди персонала?
— Простите?
— Я спрашиваю, много ли среди служащих женщин и девушек?
— Н-не знаю…
— Кто ведает наймом?
— Я.
— Оскар Шабю в эти дела не вмешивался?
— Почти нет.
— Не ухаживал ли он за кем-нибудь из сотрудниц?
— Не замечал.
— Если я правильно понял, вы отвечаете за все виды сбыта?
Вместо ответа Лусек опустил глаза.
— Не исключено, что вы сохраните за собой должность и, кроме того, примете руководство конторой на набережной Шарантон?
Лусек опять промолчал.
— Были у кого-нибудь из служащих причины для недовольства хозяином?
— Не слышал.
— Вы, разумеется, хотели бы видеть убийцу за решеткой?
— Безусловно.
— Должен сказать, что пока вы мне решительно ничем не помогли.
— Сожалею.
— Какого вы мнения о госпоже Шабю?
— Очень умная женщина.
— Как можно охарактеризовать ваши отношения?
— Вы уже спрашивали об этом. И я вам ответил, что мы едва знакомы. Госпожа Шабю здесь почти не бывала, а мне не часто случалось ездить на площадь Вогезов; я не принадлежу к числу лиц, посещающих званые обеды и вечера.
— А Шабю уделял много внимания светской жизни?
— На этот вопрос могла бы лучше ответить его жена.
— Известно вам что-нибудь о завещании?
— Нет."
"Мегрэ видел, что разговор ни к чему не приведет. Лусек решил молчать и будет молчать до конца.
Комиссар поднялся, чувствуя, что у него начинает кружиться голова.
— Попрошу вас прислать на набережную Орфевр список служащих фирмы, указав их адреса и возраст.
Лусек молча кивнул и позвонил. Та же девушка проводила посетителей к выходу. Перед тем как сесть в машину, Мегрэ зашел в бар выпить стаканчик рома. Лапуэнт ограничился фруктовым соком.
— А теперь куда?
— Скоро полдень. Ехать к госпоже Шабю? Нет, пожалуй, поздно. Вернемся к себе. Закусим в пивной «Дофин».
Из телефонной будки Мегрэ позвонил домой, на бульвар Ришар-Ленуар.
— Что там у нас на обед? Нет, не приеду. Сохрани мою порцию на ужин. Верно, охрип. Только и делаю, что сморкаюсь. До вечера.
Комиссар был в дурном настроении.
— У всех, кого ни возьми, хватало причин желать Шабю смерти, — сказал он, — но лишь один дошел в своей ненависти до конца и застрелил его. А люди, к преступлению непричастные, не только не помогают нам найти, этого одного, но скорее ставят палки в колеса. Лишь Анна-Мари, смешной Кузнечик, искренне и охотно отвечала на все, о чем бы я ее ни спрашивал. Что ты о ней думаешь?
— Вы правы, шеф.
