9
0Чувствовалось, что он силится говорить как можно правдивее и точнее, но давалось это с трудом.
— Приехав в Париж, я поначалу голодал; мне случалось, как и многим, разгружать овощи на Центральном рынке. Я читал объявления и спешил туда, где предлагали работу. Так я попал в страховую контору.
— У вас были друзья?"
"— Нет. Я довольствовался тем, что время от времени ходил к уличным женщинам. Одна из них попыталась как-то вытащить у меня из бумажника деньги сверх оговоренных; я достал нож. Лоб мой покрылся потом. Ушел я от нее, шатаясь… Я понял, что не имею права жениться.
— Вам очень этого хотелось?
— Вы когда-нибудь жили в Париже один, без родителей, без друзей? Вам приходилось возвращаться к себе вечером, одному?
— Да.
— Тогда вы поймете. Мне не хотелось заводить друзей: я не мог быть с ними откровенным, не рискуя угодить в тюрьму до конца дней своих… Я пошел в библиотеку Святой Женевьевы. Вгрызаясь в труды по психиатрии, я надеялся найти объяснение. Конечно, мне не хватало начальных знаний. Стоило мне решить, что мой случай соответствует какому-то душевному расстройству, как я тут же обнаруживал, что того или иного симптома у меня нет. Меня постепенно охватывал ужас. «Я его убью»… В конце концов, как только эти слова срывались у меня с губ, я бросался домой, запирался и кидался в постель. Кажется, даже стонал. Однажды вечером, мой сосед, человек средних лет, постучался ко мне. Я машинально вытащил из кармана нож. «В чем дело?» — спросил я через дверь. «У вас все в порядке? Вы не заболели? Мне показалось, что вы стонали. Извините». И он ушел.
Глава 8
В дверях появилась г-жа Мегрэ и сделала мужу какой-то знак, которого он не понял, — мыслями он был далеко. Потом тихо спросила:
— Можешь на минутку выйти?
На кухне она заговорила вполголоса:
— Обед готов. Уже девятый час. Что будем делать?
— Что ты имеешь в виду?
— Надо же поесть.
— Мы не закончили.
— Может, он поест с нами?
Мегрэ изумленно посмотрел на жену, но тут же предложение показалось ему вполне естественным.
— Нет. Не нужно накрытого стола, обеда в кругу семьи. Ему будет страшно неловко. У тебя есть холодное мясо, сыр?
— Есть.
— Тогда сделай несколько бутербродов и принеси вместе с бутылкой белого вина.
— Как он?
— Спокойней и рассудительней, чем я ожидал. Начинаю понимать, почему он весь день не давал о себе знать. Ему надо было пережить все еще раз.
— Как это пережить?
— Внутренне. Поняла?
— Нет.
— В четырнадцать с половиной лет он убил мальчика.
Когда Мегрэ вернулся в гостиную, Робер Бюро смущенно спросил:
— Я мешаю вам обедать, да?
— Будь мы на набережной дез Орфевр, я послал бы за бутербродами и пивом. Не вижу причин не сделать и здесь точно так же. Жена даст нам бутерброды и бутылку вина.
