9
0
Мегрэ позвонил в министерство общественных работ.
— Будьте добры, соедините меня с господином Паре.
— Соединяю вас с его отделом.
— Алло! Господин Паре?
— Господин Паре отсутствует. Только что звонила его жена и сообщила, что он болен.
Мегрэ набрал домашний номер Паре.
— Госпожа Паре?
— Кто говорит?
— Комиссар Мегрэ. Как себя чувствует ваш муж?
— Плохо. Доктор боится, что это нервный срыв.
— По-видимому, я не смогу переговорить с ним?
— Ему рекомендован полный покой.
— Он что, терзается? Просит принести газеты?
— Нет. Молчит. Едва отвечает, когда я к нему обращаюсь.
— Благодарю вас.
А теперь звонок в отель «Скриб».
— Это вы, Жан? Говорит Мегрэ. Вернулся ли из Бордо господин Виктор Ламотт? Уже на работе… Спасибо.
Звонок в контору на улице Обера.
— Попросите к телефону господина Ламотта… Комиссар Мегрэ.
Послышались щелчки, словно на пути к большой шишке нужно было преодолеть целую иерархическую лестницу.
Наконец послышалось сухое «да».
— Говорит Мегрэ.
— Мне сказали.
— Вы намерены провести первую половину дня у себя в кабинете?
— Не знаю.
— Прошу вас не отлучаться и ждать моего звонка.
— Предупреждаю: на новую встречу я явлюсь с адвокатом.
— Это ваше право.
Мегрэ повесил трубку и позвонил на бульвар Вольтера; Фернана Курселя на службе еще не было.
— Раньше одиннадцати он не появляется, а в понедельник, бывает, приходит лишь во второй половине дня.
Хотите поговорить с его заместителем?
— Нет, спасибо.
У Мегрэ было время воскресить в памяти все те гипотезы, которые он выстроил вчера во время поездки за город, что он и сделал, заложив руки за спину и расхаживая по кабинету.
В конце концов он остановился на одной, но в нескольких вариантах. Раза три взглянул на часы.
Почти стыдясь самого себя, он открыл шкаф, где хранил бутылку коньяку. Он держал его не для себя, а для тех, кому во время признания становилось дурно.
Мегрэ сознания не терял. И не ему предстояло сделать признание. Тем не менее он отпил прямо из горлышка.
Отпил и остался недоволен этим. Еще раз, теряя терпение, посмотрел на часы. Наконец в коридоре послышались шаги нескольких людей и разъяренный голос, который он сразу узнал, — голос госпожи Блан.
Он пошел навстречу, открыл дверь.
— Я начинаю привыкать к этому кабинету, — попробовал пошутить Флорантен, явно обеспокоенный.
Что до госпожи Блан, то она отчеканила:
— Я свободная гражданка и требую…"
"— Подержи ее где-нибудь, Жанвье. Побудь с ней и постарайся увернуться, когда она станет выцарапывать тебе глаза, — приказал Мегрэ и, повернувшись к Флорантену, предложил тому сесть.
— Предпочитаю стоять.
— А я предпочитаю видеть тебя сидящим.
