Когда через несколько минут он вошел в пивную «У дофины» и хозяин приветливо пожал ему руку, у Мегрэ был такой же вид, как и в другие дни.
— Как дела, комиссар?
— Прекрасно!
— Что вы будете пить?
— Я как раз об этом думаю…
Ему не хотелось пить обычный аперитив. Он вспомнил, что, когда он только приехал в Париж, в моду входил новый напиток. В течение года или двух это был его самый любимый аперитив.
— Существует еще мандарин-кюрасо?
— Ну конечно. Его теперь редко спрашивают, молодежь даже не знает, что это такое, но мы всегда держим бутылочку на полке… Ломтик лимона?
Мегрэ выпил две рюмки.
Он не торопился.
— У тебя плохое настроение? — спросила мадам Мегрэ, накрывая на стол. Она удивилась тому, что муж вернулся домой так рано.
— Удар был очень тяжелый. Тяжелее, чем у префекта почему-то… Но сейчас я чувствую, что у меня развязаны руки, и это дает мне какое-то облегчение.
— Ты не боишься?
— Я рискую только административным взысканием, и самым серьезным — отставкой.
— Я не об этом… Я о тех людях, которых ты собираешься разоблачить…
— Они ничего больше не могут сделать, не выдав себя так или иначе. Сегодня утром в разговоре со мной патрон произнес несколько лишних слов. Он сказал: «У вас абсолютно здоровые зубы». Если бы не эта фраза, я бы подумал, что его сведения исходят от людей, которые следили за мной. Но они ведь не заглядывали в мой рот. Значит, доктор Мелан, как только я ушел, позвонил Николь Приер. Она снова пожаловалась дяде. Дальше все пошло по тому же кругу, что и вчера утром: министр внутренних дел, префект полиции и, наконец, директор уголовной полиции.
— Что ты собираешься делать?
— Продолжать борьбу.
— Один?
— Человек никогда не бывает абсолютно один. Вот что, позвоню-ка я для начала своему другу Пардону. Он, вероятно, уже вернулся с визитов.
Мегрэ не раз приходилось обращаться к Пардону с просьбой дать ему ту или иную медицинскую справку или сведения о ком-либо из врачей.
Даже не будучи лично знакомыми, медикам очень легко узнать друг о друге все, что нужно.
— Не знаете ли вы, друг мой, одного дантиста, или, как он сам себя называет, стоматолога…
— Среди моих личных знакомых стоматологов нет.
— Речь идет о Франсуа Мелане, тридцати восьми лет, который живет в особняке на улице Акаций…
На другом конце провода наступила пауза.









