Причина заключалась не в приказе префекта — ведь он посвятил в свои дела Жанвье, — просто у него не хватило мужества снова повторить этот унизительный рассказ.
— Входи… присаживайся…
— У вас неприятности, патрон?
— Пожалуй… Ты, случайно, не знаешь кого-нибудь из студентов, посещающих лекции в Сорбонне?
— Какие лекции?
— Не знаю.
Люка уперся взглядом в ковер, размышляя.
— Я очень хорошо знаю одного из швейцаров в Сорбонне, дальнего родственника моей жены… Но это всего лишь швейцар…
— Вы с ним в хороших отношениях?
— Мы с ним встречаемся один раз в три или четыре года на каком-нибудь семейном сборище — на свадьбе или похоронах…
— Ты можешь позвонить ему и назначить где-нибудь свидание? В каком-нибудь кафе, например.
— Я сейчас узнаю, на работе ли он.
— Позвони отсюда.
Человека, состоящего в родственных отношениях с мадам Люка, звали Оскар Кутан, и в конце концов он оказался на другом конце провода.
— Это Люка… Как поживаешь? Нет… Она чувствует себя хорошо… просила передать тебе привет… Тетя Эмма?.. Мы не видели ее уже почти три месяца.
— Мне лучше пойти с тобой. Быстро вызови такси.
В который уже по счету бар должен был зайти Мегрэ за последние двадцать четыре часа? Конечно, он мог бы заказывать не вино, а фруктовые соки…
У Оскара Кутана, несмотря на его сорок лет, был нездоровый вид человека, сидящего целыми днями на одном месте и питающего пристрастие к аперитивам."
"Чувствовалось, что он очень гордится своим положением. Он работал в Сорбонне! Знаменитые профессора пожимали ему руку.
— Познакомься с комиссаром Мегрэ, моим патроном.
— Очень, очень рад! Я вас никогда не видел у нас. — По-видимому, он имел в виду не свою собственную квартиру, а Сорбонну. — К вашим услугам, господин комиссар. Всегда приятно познакомиться со знаменитым человеком… Что вы будете пить? Маленькую рюмку анисовой, не так ли?..









