27
0Я наложил на голову раненого огромную повязку, с которой он ходил среди толпы. Человек не отдавал себе отчета и, казалось, совсем не занимался девчонкой, которая семенила за ним по пятам. Я попросил одну из помощниц вернуть человека, ведь он был не в состоянии никуда идти, прежде чем ему не сделают еще одну перевязку. Вот приблизительно все, что я могу сказать, господин комиссар. Потом я напрасно наводил о нем справки. Видели, как он блуждал среди развалин, возле санитарных машин. Один из моих помощников, кажется, видел высокого человека средних лет, немного сутулого, когда он взбирался на военный грузовик, солдаты помогли влезть в кузов и девочке.
— Я в этом уверен.
— Ну и что с ним сталось?
— Его только что обнаружили повешенным, и в данный момент я сижу напротив бывшей маленькой девочки.
— Вы будете держать меня в курсе дела?
— Как только сам разберусь. Спасибо, доктор.
Мегрэ вытер пот со лба, выколотил трубку, набил табаком другую и тихонько сказал своей собеседнице:
— А теперь расскажите мне вашу историю.
Мадам Барийар смотрела на него большими тревожными глазами и грызла ногти, забившись в кресло, как маленькая девочка.
— Почему вы обращаетесь с Фернаном как с преступником, почему надели на него наручники?
— Мы поговорим об этом позже. А сейчас, если вы ответите искренне, у вас будет больше шансов помочь вашему мужу.
Молодой женщине не терпелось задать ему один вопрос, вопрос, который беспокоил ее уже очень давно, может быть, всю жизнь.
— Скажите, Жеф был сумасшедший? Жеф Клаас?
— А разве он вел себя как сумасшедший?
— Не знаю.
— Начинайте с Дуэ.
— Грузовики, лагеря беженцев, поезда, жандармы, допрашивавшие старика, — мне он тогда казался стариком. От него они ничего не добивались и начинали допрашивать меня. Кто мы такие? Из какой деревни? Я не знала. Мы шли все дальше и дальше, и мне кажется, что однажды я увидела Средиземное море. Я вспомнила об этом позже и подумала, что мы добрались до Перпиньяна.
— Клаас пытался попасть в Испанию? Чтобы оттуда уехать в Соединенные Штаты?
— Откуда мне это знать? Он ничего не слышал, не говорил.
— Почему он тащил вас за собой?
— Я сама не отходила от него. Вероятно потому, что, потеряв всех родных, прицепилась к ближайшему человеку, который, быть может, походил на моего дедушку.
— Как это вышло, что он взял вашу фамилию? Ведь ваша фамилия действительно Клаас.
— Я узнала это впоследствии.
