27
0
Две двери, лестничная площадка отделяли ее от человека, которого она много раз принимала в своих тайных апартаментах в отеле «Бюсьер».
Знал ли об этом Пальмари? Он тоже долгие месяцы жил так: против его дома беспрерывно дежурил полицейский, его телефон был взят на прослушивание, да вдобавок ко всему он еще был инвалидом. И все-таки он не прерывал свою деятельность, руководя людьми через посредство Алины.
Это была последняя мысль Мегрэ перед тем, как он заснул по-настоящему: Алина… Манюэль… Алина называла его папой… Она, со всеми такая ироничная и агрессивная, становилась нежной, когда дело доходило до старого вожака шайки, и защищала его, как тигрица.
Алина… Манюэль…
Не хватало одного. Сознание Мегрэ было сейчас недостаточно ясным, чтобы он мог вспомнить, кто не ответил на перекличке. Не хватало одной из шестеренок сложного механизма. Он говорил об этом с кем-то, может быть, со следователем? Важной шестеренки, имеющей отношение к бриллиантам.
Алина… Манюэль… Фернан… Вычеркнуть Манюэля, поскольку он мертв. Алина… Фернан…
Каждый из них в своей клетке ходил взад и вперед, ожидая, пока Мегрэ проявит какую-нибудь инициативу.
Когда он проснулся, мадам Мегрэ широко открыла окно, потом подала чашку кофе.
— Ты хорошо спал?
— Не знаю. Все время что-то снилось, но не помню что.
Такое же солнце, как накануне, такая же легкость в воздухе, в небе, в щебетании птиц, в звуках и запахах улицы.
Но Мегрэ уже был другим, он не участвовал в этой радостной песне начинающегося дня.
— У тебя усталый вид.
— У меня впереди трудный день, придется брать на себя ответственность.
Это она угадала уже накануне, когда он вернулся домой, но старалась не задавать ему вопросов.
— Ты наденешь серый костюм? Он легче других.
Слышал ли он ее слова? Машинально проглотив первый завтрак, он выпил, не замечая вкуса, две чашки черного кофе. Под душем он не напевал и одевался с рассеянным видом, забыв осведомиться о том, что будет на обед.
— Вызови мне, пожалуйста, такси.
Никаких пейзажей сегодня утром, цветных картинок, которые сладостно бы мелькали перед глазами.
— Набережная Орфевр.
Сначала в свой кабинет.
— Вызовите мне Фернана Барийара… Площадь Звезды, сорок два — тридцать восемь… Алло! Мадам Барийар? Говорит комиссар Мегрэ.
Его рука машинально перебирала рапорты, сложенные в стопку на письменном столе.
— Алло! Барийар? Это опять я… Вчера я забыл попросить вас оставаться все утро дома и, конечно, весь день тоже… Я знаю… Знаю… Что же поделаешь, ваши клиенты подождут. Нет, понятия не имею, в котором часу вас увижу…
Отчет Люка был просто запиской, адресованной лично комиссару; официальный отчет он должен был представить позже."
"«Ничего важного сообщить не могу.
