Весь Мегрэ. Том 3

А Пальмари больше уже не выходил из своей квартиры. Скажите, Пернель, с каких пор в «Золотом бутоне» появился новый хозяин?

Бледное лицо управляющего слегка покраснело.

— Пять дней назад.

— И кто же теперешний владелец?

Он колебался только мгновение, понимая, что Мегрэ в курсе дела и что врать бессмысленно.

— Я.

— У кого вы откупили ресторан?

— Ну конечно же у Алины.

— А когда Алина стала настоящей владелицей?

— Точной даты не помню. Около двух лет назад.

— Акт вашей купли засвидетельствован у нотариуса?

— По всем правилам.

— У какого нотариуса?

— Мэтр Дегриер, бульвар Перейр.

— За сколько вы купили ресторан?

— Двести тысяч.

— Я полагаю, новых франков?

— Конечно.

— Уплачено наличными?

— Ассигнациями. Пришлось потратить порядочно времени, чтобы их сосчитать.

— Как Алина унесла их? В чемодане?

— Не знаю. Я ушел первым.

— А вы знали, что дом на улице Акаций тоже принадлежит любовнице Манюэля?

Жюстен и Пернель чувствовали себя все более неловко.

— Здесь всегда ходят какие-то слухи. Видите ли, господин комиссар, я честный человек, как и Жюстен. У нас у обоих семьи. Поскольку наш ресторан находится на Монмартре, среди нашей клиентуры можно найти разных людей.

Закон не разрешает нам выгонять их, разве только в случае, если они вдрызг пьяны, что бывает редко. Мы слышим, как они рассказывают разные истории, но предпочитаем забывать их. Не правда ли, Жюстен?

— Точно.

— Интересно, был ли у Алины любовник?

Ни тот, ни другой и бровью не повели, не сказали ни да ни нет, что несколько удивило Мегрэ.

— Она никогда не встречалась здесь с мужчинами?

— Она даже не останавливалась у бара. Прямо проходила на антресоль ко мне в кабинет и проверяла счета, прежде чем унести причитающуюся ей часть, как деловая женщина.

— А вас не удивляет, что такой человек, как Пальмари, кажется, перевел на ее имя все, что у него было, или, по крайней мере, добрую часть своего имущества.

— Многие коммерсанты и бизнесмены, предвидя возможную конфискацию, переводят имущество на имя жены.

— Пальмари не был женат, — возразил Мегрэ. — Кроме того, он был старше ее на тридцать два года.

— Я тоже думал об этом. Видите ли, я полагаю, что Манюэль был и в самом деле очарован ею. Он полностью доверял ей.

Он ее любил. Я мог бы поклясться, что до того, как встретить ее, он никого не любил. Он чувствовал себя обделенным в своем кресле на колесах. Она стала смыслом его жизни, единственным существом, связывающим его с внешним миром.

— А она?

— Насколько я могу судить, она тоже его любила. Это случается с такими девицами, как она. До него она прошла жестокую школу, мужчинам было нужно от нее только одно… они не считались с ее человеческим существом. Вы понимаете? Такие женщины потом очень высоко ценят семейную жизнь.