5
0Сегодня утром, около девяти часов, графиня Пальмиери звонила по телефону из своей палаты по нескольким номерам.
— Номера записали?
— Парижские — нет. Их было вроде бы два или три, один повторился два раза. Потом она звонила в Монте-Карло.
— Какой телефон?
— Отеля «Париж».
— Кому звонила, не знают?
— Нет. Хотите, я закажу разговор с этим отелем?
Все та же среда: здесь «Георг Пятый», в Монте-Карло — самый роскошный отель Лазурного берега.
— Алло, соедините меня, пожалуйста, с отелем «Париж» в Монте-Карло.
— Что?
Лапуэнт, растерянный и смущенный, повернулся к комиссару:
— Она спрашивает, кто заказывает разговор.
И Мегрэ нетерпеливо ответил:
— Уорд… или, если для нее больше подходит, то я…
— Алло, мадемуазель. Разговор заказывают от имени комиссара Мегрэ. Да… Спасибо… — Положив трубку, Лапуэнт объявил: — Надо подождать десять минут.
Как раз перед этим в одном из ящиков мебели были найдены письма — на английском, на французском и часть на итальянском языках. Они лежали все вперемешку: письма женщин вместе с деловыми и тут же приглашения на обеды и коктейли; в другом таком же ящике находились более аккуратно рассортированные папки с бумагами.
— Это забираем?
Мегрэ, бросив взгляд на следователя Каласа, точно безмолвно советуясь с ним, кивнул. Было одиннадцать часов, и отель начал просыпаться: стали слышны звонки, шаги людей из обслуги и непрерывные щелчки лифта.
— Как вы считаете, доктор, могла бы женщина удержать его голову под водой?
— Смотря какая женщина.
— Ее называют «маленькая графиня», поэтому можно предположить, что она вряд ли крупного телосложения.
— Тут имеет значение не рост и не полнота, а другое… — проворчал доктор Поль тоном философа.
И Мегрэ предложил:
— Может быть, нам стоит заглянуть в номер 332?
— В 332-й?
— Это номер графини, про которую я говорю.
Дверь оказалась запертой, и им пришлось искать горничную. В номере уже сделали уборку. Он тоже состоял из гостиной, несколько меньшей, чем в 347-м, спальни и ванной комнаты. Хотя окно было открыто, в номере еще пахло духами и спиртным; бутылку из-под шампанского уже унесли, но другая, с виски, на три четверти полная, по-прежнему была на столике.
Прокурор и следователь, слишком хорошо воспитанные или слишком застенчивые, топтались на пороге, не решаясь войти, пока Мегрэ открывал шкафы и ящики мебели. То, что он обнаружил в них, было женским вариантом найденного у Дэвида Уорда: вещи класса суперлюкс, которые можно найти лишь в немногих магазинах и которые считаются символами высокого уровня жизни.
На туалетном столике, словно дешевые безделушки, валялись в беспорядке драгоценности: украшенные бриллиантами часы-браслет с крошечным циферблатом, серьги и кольца; все это вместе стоило около двадцати миллионов.
