27
0Будь другом, скажи, чтобы принесли пива, а заодно и бутербродов.
— Много?
— Возьми побольше. До утра проголодаемся.
Едва он положил трубку, как раздался звонок. Мегрэ чуть не опрокинул телефон.
— Алло! Да. Это вы, Бастиани? Оказалось проще, чем вы думали? Просто повезло? Ну выкладывайте.
Он сел за стол, придвинул к себе блокнот и схватил карандаш.
— Так как его зовут? Стэнли Хобсон? Что? Долгая история? А вы покороче, но смотрите ничего не упустите. Да нет же, нет, старина. Просто перенервничал сегодня, боюсь опоздать. Вот, вот! Один босой пьянчуга не дает мне покоя.
Вот что рассказал Бастиани.
Это было шестнадцать лет назад. В Ницце, в одном из дорогих отелей на Английском бульваре, был арестован некто Стэнли Хобсон. В Скотланд-Ярде он значился как «специалист» по драгоценностям. Незадолго до этого в Антибе и Каннах было зарегистрировано несколько случаев хищения драгоценностей на частных виллах, а также в одном из номеров отеля, где остановился Хобсон.
С ним была задержана девчонка, его любовница, продавщица цветов — из местных. Почти ребенок — ей не было и восемнадцати.
Допрос продолжался три дня.
За отсутствием улик парочку освободили. Два дня спустя они уехали в Италию.
С тех пор в Ницце ничего не было слышно ни о Хобсоне, ни о Марселине Майян — это, конечно, была она.
— А что стало с ее матерью, жива она еще?
— Да, вот уже который год она снимает комфортабельную квартиру на улице Сен-Совер, живет на пенсию. Я послал к ней одного из наших ребят, но он еще не вернулся. Без сомнения, дочь подбрасывает ей деньжат.
— Благодарю, Бастиани. До свиданья, надеюсь, до скорого.
Как любил говорить Мегрэ — машина закрутилась. В такие дни он жалел, что учреждения не работали круглые сутки.
— Люка, зайди на минутку! Займешься пансионами и меблирашками. Улов, я думаю, будет. Запиши имя. Стэнли Хобсон. Судя по тому, что сказал Бастиани, ему сейчас лет сорок пять — сорок восемь. Какой он из себя, не знаю, но лет пятнадцать тому назад Скотланд-Ярд разослал его приметы по всему миру. У них он проходит как «специалист» международного класса. Если нужно будет, зайди в архивное управление, пусть пороются, может, найдут чего…
Когда Люка ушел, Мегрэ бросил укоризненный взгляд на молчавший телефон.
Рассыльный из кафе «Дофин» приволок поднос, уставленный пивом и бутербродами. Не успел он выйти, как зазвонил телефон.
— Молодчина! Браво! Эд? Так вот просто, Эд? Ах, американец? Тогда понятно. Они даже своих президентов этак кличут. Эд Голлан… Через два «л»? Адрес его разузнал?
Мегрэ помрачнел. Владельцем желтого «ягуара» оказался американец.
— Ты уверен, что в Париже нет другой такой машины? Ну ладно.
