Варвар для особых поручений

Воин выгреб к выходу из бухты и, спрятав оружие на дне вельбота, принялся делать вид, что рыбачит. Прихватив пару горшочков с адской смесью, Вадим присел за валунами, внимательно наблюдая за морем. Вскоре ему на глаза попались два силуэта, медленно приближавшиеся к бухте. В очередной раз подивившись зрению парня, Вадим быстро проверил взглядом тропу к краю горловины и, убедившись, что сможет добросить горшок, принялся ждать.

Неуклюжие барки двигались медленно, и он успел основательно продрогнуть, пока, наконец, пришло время вступить в игру подсадным уткам. Заметив входящие в бухту корабли, северяне сделали вид, что очень испугались, и, подхватив вёсла, принялись быстро грести к берегу.

С кораблей раздалось весёлое улюлюканье и хохот.

Подогнав вельбот к берегу, северяне одним рывком выбросили его на песок и, подхватив оружие, бегом бросились в скалы. Барки остановились в нескольких десятках метров от берега, и с них принялись спускать шлюпки. Бритты не торопились. Теперь, когда всё поселение было прямо перед ними, они могли не спешить.

Четыре шлюпки быстро заполнились солдатами, и спустя десять минут пляж начал заполняться людьми в одинаковой форме.

Едва ступив на берег, солдаты бросились осматривать бухту, одновременно пытаясь блокировать все выходы. Но едва только они забегали за скалы и валуны, как в воздухе начинала свистеть сталь. Шлюпки вернулись к кораблям за следующей партией солдат, однако, к удивлению наблюдавших за солдатами с борта, почти ничего не происходило.

Первая партия солдат, разбежавшись по закоулкам скал, словно растворилась в бесконечных каменных лабиринтах. Но нападавшие как будто и не заметили этой несуразицы.

Шлюпки мотались между берегом и кораблями, доставляя на пляж всё новых солдат. Дождавшись, когда основная масса пришельцев окажется на берегу, Свейн провыл полярным волком, и на высадившихся солдат обрушился рой стрел.

Длинные стрелы с широкими боевыми наконечниками прошивали дешёвые доспехи так, словно они были сделаны из бумаги. Берег огласился криками боли и ярости. Следом за стрелами на бриттов ринулись воины. Едва увидев вместо перепуганных кельтских рыбаков кучу озверелых викингов, половина солдат бросила оружие и запросила пощады.

Слишком хорошо были им известны эти страшные воины в звериных шкурах и с огромными топорами. Но налетевшие на них северяне не ведали жалости. Внимательно наблюдавший за ходом боя Вадим выругался, когда увидел, что в своей пресловутой ярости воины забыли про горшки с «греческим огнём».

Ринувшись врукопашную, они смели высадившихся солдат, словно это были соломенные фигурки. Оставшиеся на кораблях под истошные свистки и ругань принялись сниматься с якорей, и Вадим понял, что настало время вступать в игру.