Варлок

Одобрительные слова и поздравления присутствовавшей при дуэли знати, извинения перед Марией Викторовной за изуродованную семейную реликвию, жуткий скандал, устроенный бароном Андреем Деньским, и его скоропостижная и очень мучительная смерть.

Как сказал тот самый аристократ, который заставил отступить секунданта бретёра, звали которого, как оказалось, Фёдор Семёнович Мышкин: «Парня забрал Зелёный рыцарь». Впрочем, случилось это не сразу после того, как меня объявили победителем, а спустя где-то час бесплодных воплей, ругательств и откровенной истерики, которую закатил проигравший барон.

Риск – дело благородное. Но именно это в планы барона и не входило, а потому сейчас он, бешено вращая глазами, орал всякую околесицу, грозился папенькой и тем, что мы ещё не знаем, с кем связались и какие люди стоят у него за спиной. Так, вереща то на своего секунданта, то на меня, то на японку, он требовал немедленно аннулировать результаты дуэли. Его помощник конечно же попытался было выкатить очередную претензию, на сей раз основывая свои претензии на том, что я не фехтовал на шпагах с их представителем, а по сути дрался на кулаках… но вот доказать что-либо у него не получилось.

Тогда-то Деньского уже откровенно понесло, и парень полностью перестал контролировать себя. Безумно хохоча, заорал на весь зал, что именно он победил на дуэли, и немедленно попытался схватить Инну за руку, но кто бы ему это позволил. Прибежавшая охрана поместья быстро оттащила вырывающегося и визжащего аристократа с огромным фингалом под глазом, а затем собственно и случилась трагедия.

Молодой человек вдруг застыл на месте, мертвенно побледнев и уставившись немигающим взглядом на старшую цесаревну, затем посмотрел на меня, после чего испортил в помещении воздух и забился в судорогах в руках стражников.

Естественно, что дети этого не видели. Сразу же после начала скандала их убрали из зала, так что инцидент не испортил праздника самому виновнику торжества. Но так как у остальных гостей желания веселиться на детском празднике и так было не шибко много, а случившееся так и вовсе окончательно испортило настроение – аристократы начали потихоньку покидать поместье.

Уехали и мы, забрав даму у юного кавалера, что вылилось в новый кордебалет, на сей раз романтического содержания. Парень влюбился в нашу Аську и прямо на заснеженной автостоянке перед грозным носом «Карателя» предложил девочке свою руку, сердце и рогатку. И тут, о чудо, окончательно впавшая в детство десятитысячелетняя «Снежная дева» зарделась алым, пискнула что-то типа «Я подумаю…» и убежала в кузов.

Парень… расстроился.