10
0У таких матерей обычно вырастают очень несчастные дети, потому что эти дети с младенчества приучены беспрекословно слушаться, боятся делать наперекор и при этом тихо ненавидят мать. Ненависть с каждым днем, с каждым годом накапливается, но страх перед матерью не позволяет ей выплескиваться наружу криком или просто резким замечанием, поступком. Представляете, в каком аду живут эти несчастные дети? Им уже за пятьдесят, а матери продолжают их третировать, смотреть в рот и давать советы, что нужно есть, а что нельзя, критически оглядывать одежду и комментировать их стиль и манеру одеваться.
– И что же, мать Параскевича именно такая?
– Один в один, – подтвердила Настя. – Даже хуже. А жена у него очень милая, мне она понравилась. По-моему, она по-настоящему любила своего мужа…
* * *Светлана Параскевич повернулась на бок и стала осторожно вылезать из-под теплого пухового одеяла. Она старалась не потревожить лежащего рядом мужчину, но он все-таки открыл глаза, быстрым жестом обхватил ее за плечи и уложил обратно, крепко прижав к себе.
– Ты куда это собралась?
– Пойду чайник поставлю.
– А поцеловать? Как это можно – оставить любимого мужчину одного в комнате и уйти, не поцеловав его?
Светлана нежно поцеловала его в губы, в глаза, в щеки.
– Я тебя обожаю, – прошептала она. – Ты – невероятный. Лучше тебя никого нет.
– А твой покойный муж?
Она расхохоталась звонко и весело.
– Только мой покойный муж может сравниться с тобой, – проговорила она, гладя мужчину по плечам и груди.
– Но у меня нет и такого таланта, какой был у твоего мужа. Кто я в сравнении с ним? Жалкий учитель русского языка и литературы, получающий гроши.
– Это неважно, – тихонько сказала Светлана, обнимая его. – Ты мужчина, которого я люблю. А талант тебе и не нужен. Достаточно того, что он есть у меня.
Глава 2
По квартире разливался аромат крепкого, только что смолотого и сваренного кофе.
А ее нет. Нет и быть не может. Ирина будет спать в маленькой комнате на диване.
