4
0
— Ледяная! — прозвучало с укором. — Стена же ледяная! Почему не сказала?
— Да плевать на…
— Мне не плевать!
Ничего не объясняя, Красный торопливо поволок ее к машине.
Затем заставил облокотиться руками на середину капота, прогнуться в пояснице и широко расставить ноги в стороны. Она подчинилась беспрекословно. Вновь рвано выдохнула, снова чувствуя его в себе.
Сдерживаться более молодой человек не стал, и Ирина начала терять связь с реальностью. Хватаясь за остатки самообладания, прошептала:
— Скажи… мне! Скажи!
— Сказать что?
— Что она наврала! — девушка подалась навстречу его жестким ударам, облегчая ему доступ в себя, и бессвязно пробормотала: — Что твоя бабка наврала! Что я нужна тебе не для того, чтобы тупо сбивать горячку! Что я… не временная!
— Ты дура, Синичка! — зарычал он утробно, толкаясь глубже и резче.
— Ну, почему сразу…
— Да не временная ты! — Вячеслав ускорился до ужасающего темпа, вынуждая ее забыть обо всем и безудержно заскулить от наслаждения. — Единственная!
Мир разбился вдребезги. Разлетелся на мелкие атомы.
— Ты тоже… мой единственный!
Наградой ей послужил собственнический поцелуй в спину, между лопаток.
— Я убил бы тебя, будь оно иначе!
— Серьезно?
— Лучше не проверяй!
— Придурок!
Теперь уже громкий смех Красницкого эхом отразился от стен.
Несмотря на ошеломительную разрядку (эмоциональную и физическую) домой Ирина вернулась в очень и очень растрепанных чувствах.
Ибо разговор, подслушанный ею в особняке Красницких, забыть не могла. Несколько минут она просто стояла в прихожей, боясь даже шелохнуться. Потерянная и полностью дезориентированная. Затем направилась на кухню, тщательно вымыла руки и выпила залпом стакан холодной воды. Только после этих несложных манипуляций решилась на откровенный и явно непростой разговор с матерью, откладывать который более не имела права.
— Мам?
— Я здесь, милая!
Голос мамы доносился из гостиной, куда, собственно, Синицына и направилась.
Телевизор работал, но громкость была приглушена до минимума.
— Не спишь?
— Завтра выходной, можно и расслабиться!
— Точно, — случайно наткнувшись взглядом на огромный букет из крупных красных роз, гордо красующийся на журнальном столике, она удивленно выпалила: — Ого! Откуда цветы?
Александра Николаевна грустно улыбнулась:
— Юра в гости приходил. С девочкой своей, — растрогавшись окончательно, мама прослезилась.
