24
0
Яр подошёл к бочке, за которой тянул пиво диспетчер Феликс. Он Яру нравился. Молодой ещё, но кряжистый, русобородый, по-стариковски спокойный. На первый взгляд он казался даже мрачным. Но глаза были ласковые и какие-то беззащитные. Кроме Феликса сидели тут механик поселкового кинотеатра Дымок — совсем мальчишка — и старый мастер канатного дела Антон Хвост, такой же разговорчивый, как Пауль Верхняя Душа.
Феликс улыбнулся. Дымок солидно крякнул и сделал глоток, а старый Антон заговорил:
— Садись, Яр, садись… Яша, ты нам принеси!.. Я вот смотрю, Яр, ты у нас целый месяц, а к здешней жизни всё не приспособился.
— Я человек с той стороны,- вздохнул Яр.
— Та сторона, эта сторона — предрассудки собачьи, — басовито сказал Дымок.
— Может, и предрассудки. Только откуда они взялись, вот вопрос, — осторожно проговорил Яр.
Феликс отвёл глаза и подавил улыбку. Старый Антон нелепо развеселился:
— Вопрос — это хорошо! Любопытному человеку интереснее живётся. Ты давай вопросы-то, мы, может, все тут и разберёмся!
— Хорошо. Что такое нашествие? — неожиданно для себя громко сказал Яр.
В баре замолчали.
Дымок солидно проговорил:
— Чушь это. Никаких нашествий не бывает.
— Бывают, — сказал Яр.
— Это шмели-то? — отозвался старый Антон.- Ну да, ну я знаю. На той стороне… А что шмели? У нас сроду не было…
— Это не просто шмели, — разозлившись, сказал Яр.
Феликс поцарапал бороду. Он был изрядно под хмельком, но сейчас посмотрел трезво.
— Яр, когда вулкан или цунами… вот, как на Жёлтых Камнях, например… никто же не спрашивает — что такое? Природа…
— Довели матушку-Планету, вот она и плюётся, — Сказали у соседней бочки.
— Кто довёл? — спросил Яр.
Старый Антон захихикал. Дымок, важно улыбаясь, курил. Феликс ласково проговорил:
— Яр, ты как с другой планеты, честное слово…
— Я и так с другой планеты, — ничем не рискуя, сказал Яр.
Старый Антон засмеялся, закашлялся, хлопнул по спине Дымка так, что у того вылетела трубка.
— Дым, пошли за пивом. Яков там уснул, не несёт…
Дымок важно поднял трубку, и они с Антоном двинулись к стойке.
Феликс царапал мундштуком латунный обруч бочки.
— Яр, ты хороший парень… Жаль, ты у нас не задержишься.
— Почему не задержусь?
— Ты сам знаешь. Тебе не это надо… Вопросы у тебя…
— А что, здесь не любят тех, кто спрашивает?
Феликс улыбнулся:
— Не здесь… Яр, ты совсем ничего не боишься?
«Боюсь потерять Игнатика», — подумал Яр, но это никого не касалось.
— Я пока не знаю, чего надо бояться…
— Ну и правильно! — вдруг пьяно сказал Феликс и грохнул кулаком по бочке. — Так и надо!.. Яша! Поставь, милый! Слышишь? Поставь ту пластинку! Один-то раз. Для Яра…
Шум в баре поутих. Яр оглянулся на стойку.
