24
0Хочешь вернуться — иди в правую дверь. Хочешь чего-то другого — иди в левую…
— Чего другою? — вырвалось у Яра.
— А того, что…- Бормотунчик вдруг пискнул и беспомощно повис. Успел выдавить угасающим голоском: — Дурак ты…
— Прости, я не хотел,- с испугом сказал Яр.
Бормогунчик висел тряпичным кульком.
«Прости», — ещё раз подумал Яр.
Перед ним были две двери. Боясь раздумывать, Яр ухватился за ручку левой.
Рванул.
За дверью была почти такая же комната. Лишь поменьше и почище. На дощатом столе валялся на боку большой продырявленный барабан и горела, оплывая, очень толстая свеча.
В углу на драном тюфяке спал Игнатик.
Глава четвертая
ИГНАТИК
1
Белый домик стоял на мысу, над спокойным зеленоватым заливом. Каменный, широко застеклённый, с плоской крышей и решётчатой башенкой маяка. В домике находилась диспетчерская служба порта.
Порт был крошечный. Его деревянные причалы прятались в бухточке за мысом. Большие суда к ним не совались. Торчал здесь голубой катер береговой охраны, да отстаивались днём крутобокие мотоботы рыбачьих артелей. Перед закатом они уходили на ночной лов. Диспетчерская главным образом и работала для промысловых экипажей.
К домику примыкал неказистый павильон с пышной чёрно-золотой вывеской:
БарУ НЕПТУНА ЗА ПАЗУХОЙЗдесь был постоянный приют не занятых ловом рыбаков и свободных от дежурства диспетчеров.
Яр зашёл к «Нептуну», когда солнце уже катилось к морю и делалось оранжевым.
Бармен Чёрный Яков, маленький, похожий на подростка, но с морщинистым личиком, обрадовался:
— Яр! Давно не заходил! Кружечку, а?
— Табаку, Яков. Пачку «Субмарины».
— Пачку «Субмарины» и кружечку. А?
— Мне через час на вахту.
— Кружечка холодного «Бомбардира» перед вахтой — самое дело, — уверенно сказал Яков.
Яр засмеялся:
— Ну, давай.
Кружка была из мятой тонкой жести, пиво сквозь неё холодило ладони. Яр оглянулся. У больших бочек, заменявших столы, было почти пусто. «Вот и хорошо», — с облегчением подумал Яр. Но тут же его окликнули:
— Эй, Яр! К нам иди…
У окна с частым переплётом «ошвартовались» двое: болтливый маячный мастер с длинным прозвищем Пауль Верхняя Душа и механик с мотобота «Креветка» Захар Лира. Захар был молодой, слегка ленивый, с широким бабьим лицом. В отличие от многих, нелюбопытный.
Разговаривать не хотелось, но обычай требовал: зовут — подходи. Нарушать поселковые обычаи Яр остерегался.
Пауль Верхняя Душа суетливо подвинул ящик из-под консервов.
— Ты садись, садись, Яр, садись с нами. А то, гляжу, всё один да один. Сумрачный что-то. Служба, что ли, не ладится?
— Служба нехитрая, — обронил Яр и спрятал за кружкой лицо.
— А чего же тогда? А?
— Не копай ты чужую душу, Пауль, — с зевком сказал Захар. — Мало ли что у человека.
