В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

— Милости прошу, молодой человек…

Сашка мигом нашарил в кармане двугривенный, протянул старичку, сел на корточки перед коробкой. Наугад отсчитал два десятка узких твердых открыток с двойными фотографиями. Сунул их мне в руки, а одну умело толкнул в щель ящика. Привстал на цыпочки, прижался лицом к стенке с окулярами.

— Ух ты… — От волнения он перебирал ногами, как нетерпеливый жеребенок.

— Я опущу вам аппарат пониже, — засуетился старичок.

— Не надо, и так хорошо… Игорь Петрович, посмотрите!

Я посмотрел. Это было «Отправленiе парохода „Титаникъ“ въ первый рейсъ».

Два снимка слились в один, придав людям на берегу и громадному, отошедшему от причала судну рельефность, а рейду — ощущение реального пространства. Женщины в длинных платьях с оборками, мальчики в костюмах, как у Андриса на картине, мужчины в длиннополых сюртуках махали платками, шляпами, зонтиками. Никто не знал о близкой трагедии…

Сашка нажал медный рычажок. Карточка выпала в пластиковое ведро под ящиком. Сашка взял другую.

— Ух ты… Игорь Петрович!

— Да смотри, смотри, я потом… — И начал разглядывать снимки так, без аппарата.

Вид Нижегородской ярмарки в 1908 году…

Спуск русского крейсера «Варяг» в Филадельфии…

Граф Л.

Н. Толстой на велосипедной прогулке…

Группа героев Порт-Артура в С.-Петербурге…

Сашка тихо ойкал и посапывал, карточки одна за другой стукали о пластиковое дно…

— Ух ты… Я и не знал, что тогда это снимали… Игорь Петрович, гляньте!

Я посмотрел. И… ничего особенного. Каменистая равнина с языками песчаных заносов и огрызками скал. Видно, что выжженная солнцем. И надпись: «Пустыня Оранжевые Пески. Съемка совместной экспедиции г.г. Демьянова и Энгельштерна.

1901 г.».

— А что здесь такого?

Сашка сказал озабоченно:

— Это же недоступное место. По крайней мере тогда…

— А где это?

Он шевельнул плечом со вздыбленным льняным погончиком.

— Я точно не знаю. Там тройные координаты…

— Все понятно… Будешь смотреть еще?

— Нет, хватит… — Он рассеянно сказал «спасибо» старичку, и мы отошли. И через пролом в кирпичном заборе выбрались на пустынную, всю в желтой сирени улицу. Только тогда Сашка спохватился:

— Ой, а вы ничего не посмотрели!

— Посмотрел, только без стереоскопа.

— Это неинтересно, — огорчился Сашка.

— Все дело в стереоэффекте… Может, вернемся?

— Не надо, — усмехнулся я. — Это плохая примета… А в стереоскоп я в детстве насмотрелся, у меня был свой. Только поменьше этого, попроще…

— Да?! — обрадовался Сашка. Даже подскочил (в сумке сердито завозился Чиба). — А у меня и сейчас есть, мама подарила на Новый год. А вам тоже подарили?

— Тоже мама… И представь себе, тоже к елке.

— Вот это да! Сколько у нас похожего!.. Все правильно.

— Что правильно, Сашка?

Он помолчал, глядя под ноги.