11
0Над приземистой дверью голубела вывеска с названием клуба и эмблемой: мальчик и девочка, с головами, похожими на репейные маковки, плывут в бумажном кораблике — веселые, беззаботные… И при взгляде на эту вывеску Валентина охватило уже привычное и все равно радостное предчувствие. Сейчас он окунется в жизнь, о какой тайно мечтал с детства. Туда, где полно ребячьей доброты, товарищеской надежности и умения радоваться друг другу. А еще — озорной возни и в то же время умного, общей работой продиктованного порядка…
В небольшой прихожей, у столика с телефоном, дулись в шашки — со щелканьем о доску и вскриками — два дежурных: рыжая Ленка Орехова и неугомонный, как чертик, быстроглазый Митька Игоркин.
— Привет, господа вахтенные командиры! Адмирал здесь? Новости имеются?
Митька отрапортовал, что «адмирал тута», особых новостей нет, а Валентина кто-то разыскивал по телефону.
— Какой-то дядька. Сказал, чтобы ты сразу позвонил, как придешь. Я записал телефон.
«Господи, уже и здесь отыскали», — подумал Валентин.
Номер был незнакомый. Откликнулись сразу:
— Штаб-поручик Ряжский.
— Не знаю… Это вы что-то хотели. Просили меня позвонить, номер оставили.
— Фамилия…
— Чья? Моя?
— Ну не моя же! Я свою знаю. И вам представился, по-моему.
— Волынов моя фамилия, — с нарастающим чувством неволи и близких неприятностей отозвался Валентин. И попытался все-таки сохранить независимый тон. — А в чем дело, штаб-поручик Ряжский?
— Зайдите к нам. В отдел воинского резерва. К шестнадцати часам.
— Это… обязательно?
Штаб-поручик отозвался со смесью скуки и легкого злорадства:
— Это на ваше усмотрение.
— Уклонении… от чего?
— Придете — все узнаете… — И застонали короткие гудки.
…Это было восемь лет назад, в эпоху «всеобщей стабильности», за два года до кончины Верного Продолжателя…
Часть первая. ЗАЛОЖНИКИ
Летний лагерь «Аистенок»
1
Дверь дачного домика была хлипкая, и после второго удара Валентин внес ее внутрь на левом плече. Отшвырнул к стене, рявкнул:
— Ты что делаешь с ребенком, падаль такая!!
Мухобоя отшатнуло в угол. Он поскользнулся, грохнулся, выпустил свою «хлопалку», вскочил…
— Стоять! Руки!.
Мухобой машинально вскинул руки над плечами (знает, гад!), но тут же опустил. Мигом пришел в себя.
— Вы что себе позволяете! Гражданин Волынов!..
— Я тебе покажу «гражданина»… — Валентин запально дышал. Вдруг сильно заболели негнущиеся пальцы и кисть левой руки. — Илюшка… ты иди. Я тут… поговорю…
Илюшка смотрел мокрыми глазами, из-за стола не встал. Подбородок был запрокинут, на горле дрожала синяя жилка.
— Иди и ничего не бойся, — выдохнул Валентин.
