6
0
– Ты чего, молодой человек, плюешь на служебную территорию? – услышал я густой и печальный голос.
Рядом стоял здоровенный мужик, похожий на главного запорожца с картины Репина (ну, знаете, где они пишут письмо султану). Только не в папахе, не в кафтане, а в кителе и красной фуражке. Выглядел он добродушно, и я сказал без опаски:
– Плююсь, потому что мой поезд ушел. Вон тот. А я не успел… Мне в Горнозабойск надо… – И добавил на всякий случай: – У меня там бабушка…
– А зачем тебе было успевать на него, если пошел он, родимый, не в Горнозабойск, а прямо в депо на расформировку, – грустно сообщил «запорожец» (видать, дежурный по станции). – Всех пассажиров рассадили кого куда… А ты где гулял?
– Я не знал… – буркнул я. Потом спросил: – А когда еще будет поезд в Горнозабойск? – Вспомнил про мерцаловские деньги: может, хватит на билет?
Дежурный ответил с прежней печалью, но и будто с удовольствием:
– А вообще уже не будет. Никогда.
– Почему?!
– А потому… Для Инска такая дорога нерентабельна. Понимаешь это слово?..
– Понимаю… А для Ново-Заторска? – почему-то вырвалось у меня.
Он посмотрел внимательно.
– А это, дорогой мой, их проблемы. Пусть выкручиваются… Что будешь делать-то?
– Что… домой вернусь… – сумрачно схитрил я. – Чтобы он не вздумал заводить разговор про детскую комнату.
– А вот это правильно! – оживился дежурный-запорожец. – Дома оно надежнее, от вокзалов в нынешние дни лучше держаться подальше, так оно благополучнее…
И я пошел с непонятного Инского вокзала. Неизвестно куда… Вот если бы по правде домой! Как нормальный пацан. Как… те ребятишки, с которыми ел арбуз… Они почему-то вспоминались то и дело. Девочка в плетеной бейсболке, Толя в бумажной треуголке из «Почтовой ромашки»… Почему «почтовая», понятно. А почему «ромашка»? Странное все же название для газеты…
""Газеты…""
Я тормознул.
Я… меня будто вспышкой фонарика озарила догадка. О том, что делать!
Вот ведь как случайные события поворачивают судьбу! Не запнись я на берегу, не раскокал бы арбуз. И не познакомился бы с теми ребятишками. Не увидел бы газетную «шапку-ромашку». И не подумал бы сейчас про газету!..
Вот куда надо идти!"
"Там – люди, которые помогут!.. Наверно, не все они такие, но ведь часто слышишь, как журналисты вмешиваются во всякие несправедливости… Говорят, и Михаила Гаврилыча, директора нашего дома-интерната, пытались выручить из беды… И солдат, которые бегут от издевательств в казармах, берут под защиту… И за студентов, которых внутренняя гвардия Регента разгоняет дубинками, заступаются… И за беспризорников, которых гнобят в спецприемниках…
Я приду и скажу: ""Помогите. Потому что меня запутали, замотали, обвиняют непонятно в чем!..
