7
0— Они сами про себя знают, ну и ладно…
— Но ты ведь узнал про своего Федю, что он пацан, — вмешался Чебурек.
— Я его спросил: «Ты девочка или мальчишка?» Он говорит: «Ква?» Я говорю: «Мальчишка?» Он говорит: «Ква!» Ну и вот…
— Ква! — подтвердил с песка Федя.
Наверно, другие лягушата это поняли как команду. Они, словно детсадовские ребятишки, встали на задних лапках в кружок, передними сцепились и запрыгали в умелом танце. И запели!
— Бум-ква-ква! Бум-ква-ква!.."
"Это была именно песенка! На мелодию лягушачьего вальса! Закончив ее, лягушата один за другим длинными прыжками сиганули в воду. Федя на ходу ухитрился развернуться и на лету помахать лапкой.
Драчун помахал вслед.
— Ну вот. А другие даже не попрощались, — усмехнулась Белка.
— Как это не попрощались! — обиделся за коронованных лягушат Драчун. — Это их «бум-ква-ква» как раз и было как «до свидания».
— И «спасибо за коронки», — тихо добавил Сега.
— Толковые ребята, — подал голос Тюпа. — И пузыри у них по новейшей технологии. С учетом переменного радиуса…
— У меня про лягушонка книжка есть, — сказал Юрчик. — Только не про такого, а про зеленого, он в реке жил. И подружился с мальчиком. Они вдвоем спасали большой парусный корабль. А потом лягушонок сам собирался превратиться в мальчика, нашлось для такого дела специальное заклинание. Может, этих тоже можно превратить?
— Скажешь тоже… — недовольно откликнулся Чебурек, хотя обычно он соглашался с Юрчиком.
— Куда их девать-то, если превратятся? — полушепотом спросил Сега и плотнее придвинулся к Вашеку. — В интернат, что ли?
— Да и зачем? — спросил в сторонке Костя. — У них, в болотце этом, жизнь, может, не хуже, чем человечья. Своя цивилизация…
— И свои науки… — вставил Тюпа. — Напряжение водного континуума может образовывать дополнительные пространственные области. И в воде масса информации… Может, они еще умнее людей.
— Они не то что умнее. Они просто как и мы, люди. Только по своему виду на нас непохожие… А внутри как люди. Тоже знают, зачем живут… — с мрачноватым смущением объяснил Драчун.
— В отличие от некоторых, — сказал Костя. — Бывает наоборот: с виду совсем как человек, а живет лишь затем, чтобы сытно есть да под себя грести…
— Про такое я тоже читал в книжке про лягушонка, — вспомнил Юрчик. — Это кто-то мальчику там объяснял…
— По-моему, неважно, как существо выглядит, — согласилась Белка (захотелось вдруг пофилософствовать). — Если есть внутри душа и соображение — сущность самая человеческая.
— Луиза сто раз человек, — сказал Тюпа, и все покивали, вспомнив профессорскую любимицу.
— И лошадки тоже люди, — шепотом добавил Сега. Непонятно было, про живых лошадок он или про шахматных, но никто не возразил.
— И Лихо — человек? Да, Андрюша? — осторожно спросила Дашутка.
