В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

Весьма, весьма рад… Мама, придётся ставить самовар, чайником тут не обойтись!

Егор Николаевич жил в старом родительском доме с ма­мой Ольгой Никифоровной. Имелась раньше у профессора и жена, да что-то, видать, не получилось у них в жизни. И детей у него не было. Может, поэтому на чужих ребя­тишек профессор смотрел с улыбчивой печалью и скрытой завистью.

После взаимных приветствий Варя взяла за плечи сму­щённого Антошку и поставила перед профессором.

– Егор Николаевич, угадайте, кто это?

– М-м… Я, право, не помню. Мы когда-то встречались?

– Встречались, встречались! – запрыгали все.

Даже солидный Матвей и воспитанный Олик. Только Маркони улыбался сдержанно.

Егор Николаевич пригляделся. Мальчик был совершен­но незнакомый. Тощенький пацаненок лет десяти, в кото­ром угадывается что-то птичье. Этакий чибисенок.

– Н-нет… Виноват, конечно, однако.,.

– А вы угадайте! – сказала Варя.

– Но ведь гадать я буду до бесконечности. Вариантов неограниченное множество…

– Этот вариант за пределами всякой неограниченно­сти, – объяснил Сеня солидно, хотя и весело.

– Тем более, тем более…

Сеня с торжеством сообщил:

– Это – Кап!

– Что?.

. Кто?.. Ах, Кап! Ну да, понимаю… То есть в каком смысле?

– В самом-самом смысле! – Сеня оглянулся на Мар­кони, который скромно потупился. – Вот он сделал преоб­разователь. Была капелька – стал мальчик.

– Ах, вот что! – развеселился профессор. – Вы ре­шили меня разыграть! Ценю, ценю юмор.

Тогда незнакомый мальчик взял Егора Николаевича за рукав и потянул в сторону. Профессор послушался. Отошли шагов на пять. Мальчик встал на цыпочки, пригнул Егора Николаевича за плечо и что-то зашептал ему в ухо…

Что он шептал, ребята никогда не узнали.

Видимо, что-то известное только двоим – профессору и Капу. Может быть, Антошка напомнил разговоры, которые профессор и капелька-инопланетянин вели в первые дни знакомства.

Лицо профессора стало растерянным и неулыбчивым. Он выпрямился, поскреб подбородок. Антошка стоял рядом и колупал сандалией траву.

– Не может быть… – выговорил Егор Николаевич. – То есть, конечно, да… Но я не поверю, пока не увижу сам… Нет, я знаю о необычных талантах Марика, я сам не раз убеждался, но чтобы такое…

Егора Николаевича шумной толпой повели в институт Маркони.

И там, на чердаке, прорезанном солнечными лу­чами, профессор Телега стал свидетелем чуда. А точнее – ещё одного достижения человеческой науки.

– Непостижимо, – бормотал он, держась за длинный подбородок и покачиваясь…

Впрочем, скоро профессор успокоился. Ведь сам он тоже работал в той области науки, которая граничила с чудесами.

Егор Николаевич нерешительно погладил Антошку по спутанным волосам и напомнил всем, что Ольга Никифоровна поставила самовар.

Пошли обратно.