24
0— У меня с тобой силы разные. Если хочешь, давай с ним. — Он кивнул на меня.
— С какой стати! — возмутился я.
Юрка вдруг засмеялся. Я сердито посмотрел на него и спросил у мальчика:
— Тебя как зовут?
Он шевельнул губами, будто улыбнуться хотел и раздумал. Опустил глаза и сказал:
— Янка.
Честное слово, за полсекунды до этого я уже знал, что он — Янка. Сам не понимаю почему. Будто шепнул кто-то. А может, незаметно шевельнулось воспоминание про книжку, которую я когда-то читал? Старая такая книжка, называется «Янка-музыкант». Или Янко? Не помню… О крепостном мальчишке, которого забил до смерти помещик.
Конечно, этот Янка был непохож на крепостного. Но тоже скрипач. И такой беззащитный на вид. У меня почти никакой мускулатуры, а у него даже по сравнению со мной руки как спички. А ещё драться хотел…
— Ян-ка… — машинально повторил я. Шёпотом.
А Юрка сказал с заминкой:
— Имя какое-то… не здешнее."
"— Меня дедушка так назвал, — объяснил мальчик и зацарапал кедом тротуар. — Дедушка с Балтийского моря родом, ну и вот… Полное имя Ян. А Янка — это так, пока…
Я подумал про своего деда и спросил Янку:
— А твой дедушка кем был? Скрипичным мастером?
— Почему «был»? Он и сейчас есть, он врач.
Я понятия не имел, кто такой Лев Сайский. Но Юрка поднял брови, будто сказал про себя: «Ого!» И спросил:
— А твою скрипку он специально для тебя делал?
— Да… Сразу, как я родился.
— А ты давно учишься играть?
Янка улыбнулся:
— Ну… наверно, да. Всю жизнь.
— Значит, тебя не заставляют? Ты сам? — поинтересовался я.
— Кто меня может заставлять? — Глаза у Янки распахнулись от удивления.
Я вспомнил, как три года назад тётя Вика и бабушка пытались записать меня в музыкальную школу. Рёву было…
— Я сам… — сказал Янка. — Я если долго не играю, то просто… ну, как будто не живу.
Юрка посопел и проговорил нерешительно:
— Тогда конечно… А сегодня ты много играл?
— Я не знаю… Наверно, да.
— А ещё можешь? — совсем тихо спросил Юрка.
Янка обрадованно вскинул глаза:
— Я хоть сколько могу! Пошли ко мне! Вы хотите?
Я не знал, хочу ли. Но Юрка почему-то хотел. И сам Янка весь прямо засветился.
Но Юрка вдруг насупился:
— Да ладно, потом.
Я понял, что он стесняется своего балахонистого наряда. И подумал, что и сам не гожусь для гостей.
Янка сказал быстро:
— У нас дома никого нет. Пойдём!
Бабушка говорит, что я ничего не понимаю в музыке. Потому что когда по радио играют сонату Бетховена, я могу свистеть разбойничьи куплеты из фильма «Замок на Чёрном острове» (свистеть вообще неприлично, а при Бетховене… О, этот ребёнок!). Ну, не понимаю, и не надо. Что теперь делать?
То, что играл Янка, я тоже не понял и не запомнил.
