4
0Мы принимаем все меры предосторожности, но люди есть люди, и от ошибок никто не застрахован.
Элизабет вновь посмотрела на фотографию ребенка.
– Это ужасно.
– Не следовало бы показывать тебе это письмо. – Он провел пальцами по своей густой шевелюре. – Особенно сейчас, когда нам и так трудно. Есть проблемы поважнее этой.
Она подумала: «Что может быть еще важнее?» Вслух же спросила:
– Какие именно?
– Федеральная прокуратура вынесла отрицательное решение по нашим аэрозолям. В течение двух лет вообще будет наложено вето на их производство.
– Как это скажется на нас?
– Весьма чувствительно. Нам придется закрыть несколько заводов в разных странах и потерять одну из самых доходных отраслей.
Элизабет подумала об Эмиле Джипли и о препарате, над которым он работал.
– Что еще?
– Ты просматривала утренние газеты?
– Нет.
– Жена министра в Бельгии, мадам ван ден Лог, принимала бенексан.
– Это наше лекарство?
– Да. Из группы антигистаминов. Оно противопоказано людям с повышенным давлением. И это ясно указано на упаковке. Но она оставила это предупреждение без внимания.
Элизабет почувствовала, как внутри ее все похолодело.
– Что с ней?
– Сейчас она в коме и вряд ли выкарабкается. Газеты недвусмысленно намекают, что препарат этот изготовлен нами. Со всех сторон нас буквально забрасывают отказами на его поставку. А федеральный прокурор вынес постановление о возбуждении уголовного дела по этому поводу, но следствие продлится по крайней мере целый год. Пока они будут его вести, мы можем продолжать выпуск этого лекарства.
– Я хочу, – сказала Элизабет, – чтобы его немедленно сняли с производства.
– Зачем? Это очень эффективное средство для...
– Были ли еще пострадавшие?
– Оно помогло сотням тысяч людей. – Тон Риса был холоден. – Это одно из наших самых эффективных...
– Ты не ответил на мой вопрос.
– Насколько помнится, один-два случая. Но...
– Повторяю: необходимо снять его с производства. Немедленно!
Едва сдерживая гнев, он сказал:
– Хорошо. А хотела бы ты знать, во сколько это обойдется концерну?
– Нет, – отрубила Элизабет.
– Хорошо. Это мы сделаем, – кивнул Рис. – Но это все – цветочки. А теперь о ягодках. Банкиры желают срочно с тобой встретиться. Они хотят взять назад свои денежки.
* * *Оставшись одна в кабинете, Элизабет вновь подумала о монголоидном ребенке и женщине, которая сейчас лежит без сознания из-за того, что приняла лекарство, проданное ей «Роффом и сыновьями». Она прекрасно понимала, что от такого рода случаев не застрахована ни одна фармацевтическая фирма. Газеты ежедневно полны рассказами о подобных происшествиях, но в этот раз вина пала на нее лично.
