7
0
– Все это, несомненно, достойно одобрения, – перебил ее Юлиус Бадратт, – но, сдается мне, мы отклоняемся от темы. Вас, должно быть, уже поставили в известность, что одним из способов быстро обрести необходимые суммы на погашение долгов является свободная продажа акций концерна.
«Это его первая ошибка, – подумала Элизабет. – Вас, должно быть, уже поставили в известность».
Ведь «в известность ее поставили» на закрытом совещании Совета директоров, где вся информация рассматривалась как строго конфиденциальная. Кто-то из присутствующих там намеренно ее разгласил. Тот, кому это было позарез необходимо. Надо выяснить, кто был этот «кто-то», но не сейчас, чуть позже.
– Я хотела бы вас спросить, – продолжила Элизабет. – Разве вам не все равно, откуда появятся деньги, если ваши займы будут погашены?"
"Юлиус Бадратт испытующе поглядел на нее, что-то прикидывая в уме, пытаясь обнаружить ловушку в ее словах. Наконец он сказал:
– Естественно, все равно. Главное, что мы получим обратно свои деньги.
Элизабет, подавшись вперед, с воодушевлением сказала:
– Таким образом, не важно, получите ли вы деньги от свободной продажи акций или из наших собственных финансовых источников. Всем вам известно, что «Рофф и сыновья» не банкрот. Не станет он им ни сегодня, ни завтра, ни в обозримом будущем. И потому единственное, чего я прошу, – это немного времени.
Юлиус Бадратт сухо причмокнул губами и сказал:
– Поверьте мне, мисс Рофф, мы вам очень сочувствуем. Мы понимаем, какую тяжелую утрату вы понесли и как вам сейчас тяжело, но мы не можем...
– Три месяца, – сказала Элизабет. – Всего девяносто дней. Естественно, с повышением процентов за отсрочку.
За столом воцарилось молчание. Но оно было не в ее пользу. Лица их стали холодными и враждебными. Она решилась двинуть в атаку основной резерв.
– Я... я не знаю, могу ли... имею ли я моральное право сказать то, что собираюсь, – проговорила она, понизив голос почти до шепота, – но надеюсь, что это останется строго между нами.
Она обвела взглядом присутствующих и увидела, что вновь завладела их вниманием.
– «Рофф и сыновья» на пороге открытия, которое революционизирует всю фармацевтику.
Она выдержала паузу.
– Концерн готов выпустить на рынок лекарство, равного которому по важности и коммерческим возможностям, как показывают наши расчеты, нет в современном мире.
Она почувствовала, как атмосфера в конференц-зале резко переменилась.
Юлиус Бадратт первым клюнул на приманку.
– Что же... это... м-м-м... за...
Элизабет отрицательно качнула головой.
– Простите меня, герр Бадратт. Возможно, я и так уже сказала много лишнего. Могу только добавить, что это в корне изменит все производство. Возникнет необходимость значительного увеличения наших мощностей, в два, а то и в три раза.
