Укрощение строптивых (СИ)

Мне было видно, как в его голове от напряжения зашевелились шестерёнки, причём с таким скрипом, как будто ими давно уже не пользовались, так, мало того, что не пользовались, не ухаживали и не смазывали серым веществом всё то небольшое богатство, которое находилось в голове. Казалось, что скоро у студента пойдёт пар из ушей, до такой степени он был напряжён. Или мозги из ушей вытекут. У меня уже перед глазами нарисовался небольшой хоррор с мозгами моего экзаменуемого, как глубоко вздохнув он робко выдал:

— Император Александр второй?

Вот тогда я поняла, парень безнадёжен. Мозг есть – одна штука, хозяин им пользуется нечасто.

— Господин Климов, вы не сдали историю, идите, готовьтесь дальше. Жду вас через неделю. Хозяин завода был Николай Путилов.

— А! Ну да, точно, Путилов, Путиловский завод... Как я мог забыть, — попытался спасти ситуацию, мой супер-находчивый собеседник. Но по его лицу было чётко видно, что парень только что узнал, что Путиловский завод вообще когда-то существовал.

Мне стало скучно и захотелось поскорее избавиться от господина Климова, который уже открыл рот, чтобы поуговаривать меня поставить ему три.

— Ещё одно слово, и в следующий раз вы точно ничего не сдадите. Понятно? — произнесла я.

Климов захлопнул рот, недовольно посмотрев на меня.

— Спасибо, — сказал понятливый студент. — А можно...

«Ну как всегда, начинается торговля», — подумала я."

"— Нельзя, — я-то знала, что он хочет попросить меня о смягчении условий сдачи экзамена. Ага, сейчас! Размечтался!

— Может быть, стоит...

О! А это была самая интересная часть, за такое и обидеться можно и по голове настучать, но, пожалуй, не сегодня, я спать хочу от тебя, мой дорогой!

— Не стоит, — ответила я, недослушав, так как знала, он хотел спросить, стоит ли мне дарить подарок.

— Тогда...

— А вот это вот попробуйте, — по лицу было видно, что студент, наконец, понял, что ему нужно выучить историю своего отечества, отчего же не поощрить его? Вот к чему приводит общение с талантливым преподавателем. Господин Климов не так безнадёжен, как я думала, ну а окончательно я в этом уверюсь через неделю.

Климов посмотрел на меня, как на чудо природы, и наконец-то начал собираться, чтобы выйти из аудитории.

— Мария Анатольевна, вы сегодня такая красивая...

Комплименты! Значит, Климов решил применить ко мне «смертельное оружие». Только на меня оно не действует.

— А ещё у меня глаза добрые, и вообще, я золотой человек и ваш самый любимый преподаватель. Идите, господин Климов, не стоит льстить, вы же знаете, что это вам не поможет.

Дверь уважительно закрылась за студентом, а затем я услышала его голос:

— Эта истеричка просто сволочь!

Я усмехнулась.