Будет по-моему

Хотя у меня вот тоже есть вопросы…

— Ты не допускаешь, что можешь меня разлюбить? — наверное, девушки, задавая провокационные вопросы, ждут клятв и заверений в любви, что часто это оказывается ложью. Я уже пожалела, что спросила, ведь Макара не нужно проверять… он другой.

— Злата, чтобы я подобных глупостей больше никогда не слышал, — жестко, в Кайсыновской манере. — Я тебя не разлюблю, и ты меня не разлюбишь, — уверенно и твердо. — Мы преодолеем любые трудности, что нам посылает судьба, но никогда не расстанемся.

Ветер дул холодный и сырой, проникал под теплую одежду, нужно было возвращаться, чтобы не засопливить ночью, но не хотелось расставаться с Макаром.

— Я и не собиралась с тобой расставаться, — кутая пальцы в рукава, потому что они стали замерзать. Макар заметил, спрятал мои ладони в своих сильных и горячих руках.

— Идем, я провожу тебя до квартиры, пока ты не заболела.

— Макар, я хочу сама поговорить с родителями, — сейчас во мне было столько сил и энергии, что мне казалось, я кого угодно склоню на свою сторону. Даже папу. Должен же он единственной любимой дочке пойти навстречу. Без Макара я не буду счастлива…

Возле подъезда на лавочке сидят незнакомые парни, громко смеются, матерятся. Обычно у нас во дворе спокойно, но иногда заглядывают вот такие экземпляры. Чем ближе мы подходим, тем сильнее я начинаю паниковать. Желание увести Макара отсюда как можно дальше становится непреодолимым. Я понимаю, что любое кривое слово или оскорбление спровоцирует конфликт.

Я пытаюсь понять реакцию Макара, но он вроде спокоен. Хотя, уверена, уже готов к любому повороту. Мысленно прошу этих дураков молчать и не задевать нас. Только бы подняться в квартиру, не отпущу его, придумаю что-нибудь, пока эти гопники не уберутся отсюда.

Их пятеро. Сидят на лавочках напротив друг друга, нам нужно пройти между ними. Я спешу пройти быстро, на парней не смотрю, глаза в землю.

— Курить есть? — резко поднимается один из них и преграждает дорогу.

— Не курю, — холодно и спокойно отвечает Макар, а у меня мороз по коже от его тона.

Глава 16

Макар

Золотинка напряглась, я чувствую, как ее начинает потряхивать, и это не из-за холода. Резкие голоса и мат пьяного быдла местного разлива. Такого дерьма в любом городе навалом, но мне не нравится, что эти отморозки ошиваются возле дома Златы. Александр Юрьевич боится ее отпускать в охраняемый студенческий поселок, а здесь оставлять ее не страшно?

Везде хватает отморозков. В ВУЗе их полно.