Цербер для непокорной

– Что за беспредел? Мне парни сказали, что сестра Миронова беременна от тебя? Что за чушь? – недовольно накидывается на меня сразу же двоюродный младший брат Игнат.

– Тон сбавь, когда со старшим говоришь, – холодный тон не оставляет сомнений, что я не в лучшем расположении духа.

После моих слов следом наступает тишина, а после Игнат хмыкает и продолжает:

– Ты в офисе еще не был, да? Приезжай, братец твоей подстилки подставил нас на несколько миллиардов, мы можем потерять рудник, – говорит брат и бросает трубку.

Хмурюсь, не понимая, что за чушь он несет, сжимаю трубку с силой, почти кроша хрупкий металл.

* * *Фарид

Слова брата набатом звучат в голове. Прикрываю глаза, тру переносицу, чтобы притупить головную боль. Поднимаю веки и натыкаюсь на хмурый взгляд Игната, действующий мне на нервы.

– Я услышал тебя, – киваю и откидываюсь на спинку кресла, подзываю официанта, тот понятливо движется в нашу сторону.

– Сам понимаешь, нам как можно скорее нужно местоположение Миронова, – пытается давить Севиев, но затем я поднимаю на него глаза, и он сразу же осекается, когда встречается со мной взглядами.

– К Лере не подходи, а если она что-то знает, я сам спрошу, – пока говорю мягким тоном, но обманчивость этого не воспринимается братом, как слабость, он в курсе, что может за этим последовать, вздумай он спорить с моим решением.

– Она, и правда, беременна от тебя? – переводит тему на еще более больную, от чего на щеке у меня непроизвольно дергается мышца.

– Походу, что да, – констатирую, так и предполагая, по большей части.

Что бы я ни говорил этой девчонке, но в отцовстве сомневаться перестал, осталось понять лишь одно – какого пола плод.

– А с женитьбой что? Отменишь? – чувствуя, что ступает по тонкому льду, с осторожностью спрашивает он, благоразумно оставляя тему с допросом.

– Нет, – скалюсь, пожимая плечами, и даю задание подошедшему официанту, чтобы принес мне, как обычно. – Все семейные и клановые договоренности в силе. У меня будет невинная невеста из наших, все, как завещано предками.

– Родители знают, что ты… Кхм… Учудил? – слегка усмехается Игнат, расслабившись, когда стали обсуждать семейные дела.

– Пока нет. Знаешь же, как мать истерить будет, – дергаю губой, стискиваю пальцы, впиваясь в ноющее колено.

– Я бы на твоем месте о другом беспокоился. Саид–ага рвать и метать будет, если это как–то повлияет на его отношения с семьей друга. Те за дочь тебя… – качает он головой, не договаривая, но кидая свое предположение.

Барабаню пальцами по столу. Игнат прав, все это может мне выйти боком.