3
0
– А внизу раздавала указания, запрещала ехать…
– В целях безопасности…
– Конечно, а не потому что ты привыкла командовать…
Отрицательно замотала головой. Я уже пожалела, что предложила ночлег здесь. Ругала и костерила себя почем зря. Но изменить уже ничего невозможно.
– Я вынужден тебя наказать, чтобы ты запомнила, что так делать больше не следует.
Ну вот, договорилась, почему нельзя просто молчать? Сколько поговорок на эту тему: молчанье – золото, язык мой – враг мой…
– Знаешь, как у нас наказывают непослушных детей?
– Нет, – прошептала.
– Маленькие орки понимают только силу, только так с ними можно справиться.
– Но я не маленький орк, – сказала ему очевидное, он тоже будет меня бить? Выпорет?
– Даа, люди привыкли только любить и ласкать своих чад, а уже во взрослом возрасте пожинать плоды своей бесхребетности…
– Это не так…
– Снова споришь?
Его варварские высказывания разнились с моими принципами, наверное, я глупа, раз не поминаю, что орка не перевоспитать… Мои слова кажутся ему пустой ерундой, смешной и ничего незначащей…
– Но я сегодня буду щедр, как у вас это называют? «Кнут и пряник»?
Что он имеет в виду?
Его рука пробралась под юбку, начала свое «путешествие» вверх, пальцы заскользили по коже бедра легкими касаниями, вызывая смешанные ощущения.
Он поддел кромку трусиков и потянул их вниз.
Закусила губу…
– Принцесса и без трусов принцесса? – на его лицо наползла улыбка от собственной шутки, вот только мне было не до смеха.
Хотелось закричать, что никакая я не принцесса, а обычная девушка, что мне страшно и не нужно меня наказывать. Но язык прилип к небу, рот пересох…
– Выпей, тебе не помешает, – он протянул кружку к моим губам.
Я сделала глоток этого ядрёного поила и тут же закашлялась, горло обожгло горечью.
– Умница, теперь сними свое платье."
"Руки задрожали, никак не получалось поддеть петельки на груди, которые с легкостью застегивались утром. Ирргх следил как я с трудом с ними справляюсь, не торопил и не помогал. Наконец справившись, принялась стаскивать наряд через голову, оставаясь перед орком обнаженной. Надо было выпить больше, чтобы не чувствовать… Ничего не чувствовать.
– Иди на кровать.
Мамочки, сейчас это произойдет…
Я села на край кровати, застеленной серыми простынями, а орк по-прежнему оставался на своем месте, не торопясь приближаться. Волнение усиливалось, его поведение было такое разное, противоречивое, невозможно было угадать, что он предпримет в следующий момент.
– Разведи ноги.
Думала, хуже утреннего позора ничего не может быть… Тогда я закрыла глаза и не видела его взгляда, сейчас была вынуждена смотреть на него, опустила голову, чтобы хоть как-то избежать зрительный контакт, закрывая волосами лицо.
– Подними голову и смотри на меня.
