Трон императора

Маг, читавший его мысли, тут же развил успех.

– Думаю, ты достаточно храбр, чтобы стать царем! А что касается имени… когда твоя власть упрочится, ты можешь и открыть его.

Кэр все еще колебался. Не потому, что боялся не справиться с «обязанностями» царя Карнагрии. До сих пор у него получалось все, за что он брался, а рядом всегда оказывался кто-то, готовый помочь. Как Хар-Руд, Кайр или этот жрец Аша, который, может быть, и не просто жрец, а родной отец Кэра…

– Я помогу тебе,– сказал маг.– Конечно, я тебе помогу. Но сейчас мне нужно погрузить тебя в сон. Прежде, чем начать необходимые превращения. Приди ко мне с открытой душой, будущий царь Карнагрии!

Кэр вздохнул. Худое лицо мага манило и пугало одновременно.

Перед глазами сына вождя возникла картина: Фаргал и склонившаяся над ним прекрасная великанша с ножом в руке.

Но другая картина: зрелище атакующих Алых – вытеснила первую.

Кэр еще раз вздохнул – и покорился.

– Ты слишком добр к нему, мой господин! – сказал Карашшер.– Почему бы тебе просто не внушить ему покорность?"

"Маг бросил на воина холодный взгляд, в котором не осталось и тени той мягкости, какая была при разговоре с Кэром.

Карашшер почувствовал, как привычный холодок возник в груди. Но жрец Аша не собирался настраивать своего слугу против того, кто мог принести магу власть над землей Ашшура.

– На нем не должно быть и следа чар,– пояснил он.– Только тогда его не учуют там, во дворце! Возьми его и отнеси на алтарь!

Карашшер поднял обмякшее тело Кэра и положил его на возвышение, между зелеными кольцами Змея.

– Раздень его! – приказал маг.– Да поаккуратней!

– Разве так трудно избавиться от царских магов? – спросил Карашшер.– Пока они здесь, поблизости?

– Маги – ничто! – ответил жрец Аша, сбрасывая плащ.– Зверь Ирзаи уже пожрал их. Жрецы Яго – вот кого следует опасаться. Милостью Фаргала их полно во дворце.

Вот тут ясновидение изменило слуге Аша. Кроме Люга и Кен-Гизара, в Великондаре не было никого с символом сокола на браслете. Впрочем, и этих двоих было достаточно.

– Мальчик будет чист и послушен,– продолжал чародей, закатывая широкие рукава и обмакивая пальцы в настоянное на целебных травах масло.– Постарайся добиться его привязанности. Он будет послушен тебе, пока я не смогу присоединиться к вам.

– Ты хочешь сказать, что я буду сопровождать его один? – не на шутку обеспокоился Карашшер.

– Так и будет! – отрезал жрец.

Слуга не посмел возразить.

– Не трусь,– произнес маг, продолжая готовить необходимые для волшебства предметы.– Никто не станет тебе препятствовать. Ты выступишь под именем вождя соктов Люга.

– Люга? – изумился Карашшер.– Но я похож на сокта не больше, чем ты!

– Я окрашу твою кожу и изменю цвет глаз,– сказал маг.– Сложением ты почти не отличаешься от сокта.