Трактир «Разбитые надежды»

После ночного боя до нее вдруг дошло, что молчаливый силач неизвестно зачем рисковал жизнью ради нее. И затем при дележе трофеев признал равной. Лилия вдруг почувствовала, что он надежен, этот Лешага, кто бы он ни был и кого бы ни искал.

— Я больше не могу… — взмолился юнец.

— Еще десять шагов, — не сбавляя хода, через плечо бросил Леха.

— Зачем?!

— После «не могу» еще десять шагов обязательны. — Он не стал объяснять, что именно так их учил Старый Бирюк, и за каждый не сделанный шаг с размаху пинал ногой безо всякой жалости.

— Раз, два… — со стоном передвигая ноги, взвыл чешуйчатый, — шесть, семь… — он досчитал до вожделенных десяти и дернул было с плеча набитый патронами и едой вещмешок.

— А теперь еще три шага. Полянку впереди видишь?

— Но до нее еще шагов двадцать!

— Я буду там. Ты можешь лежать здесь. Но еда тоже будет там.

Держась за стволы деревьев и ветви кустов, Марат кое-как дополз до точки назначения и рухнул на полянку.

— Пока я сооружаю костровую яму, — никак не отреагировав на этот факт, сказал Лешага, — можешь отдохнуть, а заодно поменяйся с Лилией обувью. Потом марш в лес за хворостом. Ищи сушняк, зеленых веток не ломай и смотри, куда ступаешь.

Он внимательно оглядел поляну. Несколько выпиравших из земли камней словно приглашали устроить стоянку.

— Дрова складывать будешь сюда! — он ткнул пальцем в место, присмотренное для костровища. — Лил, — страж, наконец, обернулся к девушке, точно лишь сейчас вспомнил о ее существовании. — Мы уйдем ближе к ночи. Переночуешь здесь и возвращайся. Автомат, патроны тебе оставим. Ну и еду с водой, конечно. Ты зла не держи… — он опять смутился, присел на камень, поднял с земли какую-то палочку и начал делать на ней зарубки, отворачивая надрезы.

— Ты что делаешь? — поинтересовалась недавняя пленница.

— Палочку лохмачу, — не поднимая глаз, ответил Леха.

— Это зачем? — спросила дочь старосты.

— Костер разводить. Здесь вчера дождь прошел, дерево мокрое. А если разлохматить, займется быстро.

— Понятно, — с умилением глядя на громоздкого, точно стесняющегося своей величины и силы воина, протянула девушка. Таких в деревне никогда не было. — А скажи, ты и правда готов был использовать меня в качестве живого щита? Если бы погоня дальше увязалась?

— Щита? Может быть. Но для них же. Я не люблю убивать людей попусту. Если бы они начали стрелять, мне бы пришлось их уничтожить.

— Ну да, а по мне они не решились бы открыть огонь, ты уже говорил.

— Это правда. — Лешага закончил свою работу и, обтерев нож, стал взрезать дерн.

— Ты странный, — робко произнесла красавица.

— Оттого, что сказал правду?

— Нет, вообще. — Лилия села на соседний камень. — Куда ты идешь?

— Не говорил разве? Ищу побратима. Его уволокли прорвы.

— Говорил.