5
0
– …следовало бы давно усвоить, что я ем исключительно белужью икру! Белужью! – Он презрительно ткнул пальцем в хрустальную ладью с черной икрой: – Немедленно унесите эту дешевку!
– Прошу прощения, мистер Смит. Я немедленно спущусь в кухню и…
– Не нужно! – отмахнулся Смит, поглядев на отделанный бриллиантами «Роллекс». – Времени все равно нет. Важное свидание.
Он поднялся и направился к двери. Пора едать к адвокату. Вчера федеральное большое жюри предъявило ему обвинение по пятнадцати пунктам в попытке подкупа министра обороны. И если улики будут против него, Смиту грозили три года тюрьмы и миллион долларов штрафа.
В номере 525 конгрессмен Уильям Квинт, представитель третьего поколения известного и влиятельного вашингтонского семейства, совещался с тремя сотрудниками своего сыскного бюро.
– Проблема с наркотиками в этом городе обостряется с каждым месяцем, – говорил Квинт. – Необходимо что-то предпринять. Что вам удалось узнать, мистер Айзек?
– Уличные банды. Брентвудская шайка воюет с шайками Четырнадцатой улицы и Симпл-Сити. Четыре трупа только за последний месяц.
– Больше мы не можем допускать такого.
– И что вы им ответили?
– Как обычно. Ведем расследование. Договоритесь о встрече с Брентвудом, – обратился он к помощнику. – Втолкуйте этим кретинам, что если хотят иметь надежную крышу, пусть не сбивают цены. – Квинт обернулся к другому помощнику: – Кстати, сколько у нас набежало за месяц?
– Десять миллионов здесь и десять за границей.
– Пора повышать таксу. Жизнь в этом чертовом городе дорожает не по дням, а по часам.
Обитатель номера 625, Норман Хафф, лежал голышом в постели и смотрел порнофильм, идущий по платному каналу отеля. Белокожий лысеющий толстяк с обвисшим складками пухлым телом и огромным брюхом в этот момент казался себе героем-любовником. Протянув руку, он рассеянно погладил грудь своей партнерши.
– Только взгляни, что они вытворяют, Ирма, – сдавленно прошептал он. – Как тебе понравится, крошка, если я займусь этим с тобой?
Не отрывая взгляда от экрана, где женщина страстно извивалась под великаном-негром, Норман обвел пальцем живот Ирмы.
– Это заводит тебя, беби? У меня уже все стоит. Я готов, – простонал он, сунув два пальца между ног Ирмы, и, схватив надутую резиновую куклу, перевернулся и вошел в нее. Влагалище с электрическим приводом послушно сжималось и разжималось, стискивая его все сильнее.
– О Боже! – прорычал он. – Да! Да! Давай, крошка.
Наконец Норман отключил питание и, отдуваясь, лег на спину.
