4
0
Хорошо еще, что эта разновидность чумы, в обиходе названная «торопыга», полностью выдыхалась дней за двадцать, быстренько деля всех на живых и мертвых. Смертность до сорока процентов. «Генная логика» официально признала, что гемма, защищающего от новой напасти, не существует. Наши тоже развели руками — чума появилась слишком быстро, чтобы хоть кто-то успел среагировать. Первые вспышки фиксировали всего полгода назад, в экваториальной зоне, и вот — она уже здесь, совершенно в другом климатическом поясе. И чувствует себя прекрасно.
Так что у людей в юго-западном секторе надежда была только на стандартные препараты, вакцины, антидоты, лекарства, молитвы, изоляцию, полный карантин в каждом отдельном поселке, городке, деревне.
И если им повезет, если хоть одна из вакцин покажет приемлемый результат или Бог подключится к процессу и явит свою милость, то вот тогда умрут четверо из десяти. Если нет — то и больше.
А если хоть кто-то из зараженных пересечет барьеры, что выстроили между их сектором и нашим, то же самое начнется и здесь.
Веселая жизнь. Веселое время.
Веселые мысли.
Офицер прибыл по мою душу через пару дней. Ровно в тот момент, когда я всерьез начал подумывать о том, не пойти ли к начальству, чтобы начать выяснять мою дальнейшую судьбу.
Меня вызвали к нему прямо с утра, я только-только успел умыться.
Мужчина не старше тридцати сидел в пустой комнате, похожей на комнату для допросов. Небогатой мебелью: лишь стол и единственный стул. Явно поднялся по карьерной лестнице из рядовых — подтянут, мускулист, пусть и не слишком крупный, помельче среднего бойца корпорации.
То, что присесть мне здесь точно никто не предложит, я определил еще со входа, пользуясь уроками лекторов.
Хорошо, могу и постоять.
Мужчина молчал, рассматривая документы на столе. Иногда переворачивал лист и принимался за следующий. Он явно никуда не торопился.
Что ж, я тоже.
Я встал по стойке «вольно», упер взгляд в противоположную от меня стену и расслабился.
По крайней мере, я могу стоять. Пусть это и не самое приятное занятие, но то, что я стою, а не сижу в коляске, перевешивало все остальное.
Простая мысль, что «могло сложиться и хуже», успокаивает почти всегда. Всегда проще жить, зная о возможных альтернативах. О том, что можно было уже и не жить, например.
Стена переливалась пронзительно-блеклым серым цветом. Цемент просто кидали на стену — и после этого даже не удосужились его выровнять. Наверное, если потихоньку расковырять одну из неровностей в не самом видном месте, то вполне можно устроить маленькую нычку. Для пары окурков, например. Очень удобное место для заточения.
