— Мы на проспекте Большевиков. Тормозим. Объект только что вышел из троллейбуса... идет в супермаркет “Невский”. Вот двери открываются... вот он входит...
— Прекратите, — холодно остановил его Лерман, хорошо знакомый с проделками скучающей в машинах разведки. — Докладывайте основное. Главное — не грохните его, понятно?
Старый припарковался на стоянке, картинно потянулся и предложил Кире: “Пойдем, прогуляемся”. Стажеру строго кивнул: — Побудешь в машине.
Они молча прохаживались по тротуару мимо стеклянной стены магазина, смотрели, как маленький жалкий Дербенев, кутаясь в старое пальто, теребя в руках свою шапчонку со смешными ушками, замирает перед роскошными витринами.
— Что ты делаешь, Миша? — спросила удивленная Кира и взяла его под руку.
Весь день сегодня она чувствовала в нем что-то новое, неожиданное, и эта новизна интриговала и манила ее. Прежнее решение, которого она неукоснительно придерживалась весь последний месяц, готово было рухнуть под властью этой новизны.
— Я думаю, — сказал Тыбинь, не обращая внимания на тембр ее голоса.
За стеклом Дербенев испуганно дернулся, оглянулся, забегал глазками, понапрасну близоруко всматриваясь в темное с его стороны стекло, — увидел в нем лишь собственное перекошенное отражение и пошел дальше, в роскошную глубь магазина.
— Ну и что? — настороженно спросила Кира.
— Ни-че-го, — в тон ей ответил Старый, — Надо послать Ролика внутрь, пусть присмотрит за ним...
Стажер сквозь стекло машины наблюдал за объектом в мощный тридцатикратный бинокль.
— Чека не дремлет! Ишь, гад, по магазинам решил шаркнуть! Красивой жизни захотел! Врешь, дорогой товарищ! Ничего у тебя не выйдет! Ты уже под колпаком!"
"— Хватит трепаться, — хмуро остановил поток его красноречия Тыбинь. Болтовня стажера, обычно забавная, сегодня не развлекала его. — Протяни по этажам, только издали. Там народу немного, он тебя легко вычислит.
— Все путем! Не сомневайтесь, дядя Миша! Глаз не спущу с изменника Родины!
Стажер ушел, сунув руки в карманы, насвистывая в ССН. Тыбинь проводил его странным, недобрым взглядом и сказал с сердцем:
— Дурак!
— Он просто еще молодой, — возразила Кира.
— А уже дурак.
В это время в динамиках машины зазвучали завистливые вздохи Ролика:
— Ух ты!.. Вот блин!..









