3
0
— Бал-маскарад, — подхватил Холли, слизывая клубничную начинку с губ, — на кладбище. Мы поднимем и нарядим всех зомби, и мертвых в эту ночь будет не отличить от живых.
Глаза Камилы стали квадратными. Точно так же, как и Фрэнк совсем недавно, она потрясенно посмотрела на Тэссу, ожидая ее реакции. И точно так же Тэсса снова пожала плечами.
Она не отвечает за неуемные фантазии Холли Лонгли!
— Напиши в своей газете, — вдруг заговорила Фанни, — что сбор средств на мою грудь закрыт. Скоро я стану такой красоткой, что вы все обалдеете.
— Если это значит, что ты перестанешь завывать на всю округу, то моему счастью нет предела, — едко отозвалась Камила.
Она была странной: словно изо всех сил пыталась вести себя мило, но иголки так и норовили показаться наружу.
— Дорогуша, — изогнувшись, чтобы даже случайно не коснуться взглядом глаз Фрэнка, Камила вдруг ни с того ни с сего положила свою ладонь на ладонь Холли, — а что надо сделать, чтобы ты нарисовал мой портрет?
И она кокетливо улыбнулась.
— Стать моллюском, — не задумавшись, ответил Холли и вскочил, вырвав свою руку, а потом, явно увлеченный идеями внутри своей головы, проворно сбежал с кухни.
— Нам пора в управление, — Тэсса дернула Фанни за бантик в волосах, — Камила, мой дом в твоем распоряжении. Если заскучаешь, можешь подмести пол в гостиной.
— Постой-ка, — Камила схватила ее за локоть, — в интернете пишут, что Холли Лонгли отказался от секса. Это так?
— Ага! — торжествующе воскликнула Фанни. — Так вот что ты задумала! Нацелилась на нашего блаженного художника? Так вот знай: мы его тебе ни за что не отдадим!
И она показала Камиле кукиш.
Поскольку руки у Фанни были крупными, то кукиш получился весьма внушительным.
— Фу, — Камила торопливо отвернулась, брезгливо морщась, — какая же ты, Фанни, вульгарная.
— Зато у меня будет красивая грудь."
"— Ох, милочка, — фыркнула Камила язвительно, — если бы счастье зависело от такой ерунды, этот мир был бы куда проще. А вот представь, что ничего потом не изменится. Ты выйдешь из клиники, а весь мир останется прежним и ты останешься прежней.
— Что за глупости ты говоришь, — возмутилась Фанни, но в ее голосе не прозвучало обычной уверенности. — Я изменюсь. А разве это не самое главное?
— И ты думаешь, что Кенни тебя сразу полюбит, да? Из-за новых сисек? — усмехнулась Камила.
Фанни побледнела, пошатнувшись. Если бы она не сорвалась вчера, то обязательно сорвалась бы в это мгновенье.
— Что за поганый язык, — неожиданно для всех заговорил Фрэнк, который до этого мгновенья угрюмо пил кофе, — в тюрьме эта дамочка ни за что бы не выжила.
— Мой мальчик, — и Камила вдруг впервые посмотрела прямо на него, — ты даже представить себе не можешь тот ад, через который я способна пройти.
