Терновый венец

Колдуна и Шевонн, которая не могла выбежать из подвала, поскольку выход блокировала широкая спина Дэмьена, она связала одной общей сетью. Спустя несколько минут к ним присоединились двое остальных.

Однако главная проблема в лице восьми колдунов ждала их наверху."

"В хаосе боя Морриган позволила колдуну Дома Даффи подобраться к ней слишком близко. Да еще и со спины. Бок прошила боль, которую породило зачарованное лезвие кинжала – колдун не желал всецело полагаться на магию.

Краем глаза Морриган заметила руку, занесенную для нового удара, и успела плетью перехватить клинок. Отбросив в сторону, хлыстом объяла шею колдуна. Его глаза закатились. Запахло паленым, когда живая молния соприкоснулась с волосами.

Колдун не умрет – Морриган притушила силу молнии, но на его коже навеки останется памятный след.

Спустя пару мгновений она вдруг ощутила приятное покалывание в боку и стелющееся по коже облегчение. В дверях подвала стояла бледная Шерлет. Морриган послала ей благодарную улыбку. Непривычно, когда кто-то в Пропасти делает тебе добро, пусть даже отплачивая той же монетой.

Морриган прекрасно осознавала, что без помощи Шерлет они бы не победили. Не выстояли бы в схватке с теми, кто превосходил их числом. Всякий раз, когда у них с Дэмьеном заканчивались силы, когда из ран начинала хлестать кровь – или же вскипала, подобно лаве, – Шерлет дарила им свой целительный свет. Им, а не колдунам родного Дома, в котором на протяжении долгих лет не знала ничего, кроме постоянной боли. И торговли – не ее телом, но магическим даром, сущностью, колдовской природой.

Глава 27

Новые союзники

Морриган ощущала смертельную усталость. Дэмьен выглядел чуть лучше исключительно за счет сверхъестественной выносливости. Однако, вернувшись в особняк, он проспит не меньше десяти часов – его организму нужно будет восстановить энергию, истраченную во время приступа берсеркерской ярости.

Разумеется, они умудрились перебудить весь дом – ничего другого Морриган и не ожидала. Поспишь тут, когда повсюду кочуют миниатюрные молнии, а звериная ярость Дэмьена сшибает все на своем пути. Да и здешние колдуны и ведьмы (по большей части, полуночные виталисты), признаться, были хороши.

Морриган приказала сестрам Даффи сесть на диван и не глупить. Те, лишившись поддержки боевых колдунов и лидера в лице «отдыхающей» в подвале старшей сестры, вели себя тихо и покорно, как мышки.

– Что будешь делать теперь? – спросила она у Шерлет, обессилено рухнув в кресло. – Предлагаю идти прямиком к судье. Мы… я, во всяком случае, могу подтвердить твои слова.

– С каких пор я вдруг стал немым? – сухо поинтересовался Дэмьен.

– Не немым, а придерживающимся позиции, которую я толком не понимаю, – поправила Морриган.